С другой стороны от двери Лоредан обнаружил три небольших, запечатанных амфоры, стоявших прямо на полу. Он, тут же проверил их содержимое, отковыряв восковые печати. В одной из амфор, к немалому удивлению молодого аристократа оказалось превосходное Фалернское. В одном из сундуков Лоредан нашел бронзовый кубок и наполнил его. Выпил, прищелкнув от удовольствия языком. Однако, он зверски хотел есть, а вино лишь разогрело его аппетит. Но порыскав вокруг, Лоредан не обнаружил ничего съестного. Ни лепешки, ни даже заплесневелого сухаря! Если что-то и было, то все это, уже давно подъели крысы. Лоредан, даже увидел парочку этих тварей, прошмыгнувших у дальней стены. Молодой аристократ приуныл. Уже прошло время второго завтрака, а у него во рту не было ни крошки. И не известно, мог ли он рассчитывать сегодня на обед, с учетом того, что у них не осталось ни асса. Хоть на улицу иди, как последний нищий за бесплатной раздачей, вернее подачкой, которую императоры Рима швыряли народу, лишь бы чернь не бунтовала.
Лоредан приблизился к окну, отцепил запорку, удерживающую ставни и толкнул их. Заскрипев, они распахнулись. В комнату, тут же хлынул теплый солнечный свет. Стало сразу как-то радостнее. Но не надолго. Внезапно, левая ставня сорвалась с едва удерживавшей ее, совершенно разболтанной петли и полетела вниз, где разлетелась в щепки, ударившись о мостовую.
- Эй! Поаккуратнее там! - раздался снизу разгневанный возглас.
Лоредан высунулся из окна. Снизу на него пялился мужчина лет сорока, лысый, но с огромной всклоченной бородой, в которой застрял всякий мусор и хлебные крошки. Глаза его были маленькие и злые, как у взбешенного кабана. В общем, тип, весьма нелицеприятной наружности и немалой окружности в том месте, где у нормального человека находится талия. Одет незнакомец был в грязную, драную тунику.
- Голову бы тебе оторвать! - заорал толстяк. - Чуть не убил меня этой ставней!
- Прошу прощения, это случайно вышло, - примирительно сказал Лоредан.
Однако, толстяк не собирался успокаиваться.
- Что мне твои извинения? Я чуть не пострадал! Ты мне денег теперь должен! Знаешь кто я? Я главный во дворе! Скажу, кому следует и в миг из дома вылетишь!
Стараясь не обращать на скандалиста внимания, Лоредан оглядел грязные кварталы, простирающиеся вокруг. В конце улицы, он увидел единственное, что его здесь могло привлечь - небольшую торговую лавочку. Перед входом, под тенью паланкина хозяин поставил длинный массивный стол, потом вынес и водрузил на него три здоровенных подноса. На каждом возвышалась гора румяных пирожков. От подносов, вверх поднимался пар, пирожки были только что из печки. От дома, где находился сейчас Лоредан, до этой лавочки было более ста шагов, но аромат свежей выпечки мгновенно достиг его обоняния. Или ему это только показалось? Как бы там ни было, один лишь вид этих румяных, пышных, блестящих от жира пирожков вызвал у молодого аристократа обильное слюноотделение, так что аж скулы свело, а в желудке громко заурчало.
Тут проснулись Нарбо и Фабий.
- Пирожками пахнет! - воскликнул Нарбо. - С сыром! И с перепелкой!
Лоредан усмехнулся. Значит, ему все-таки не показалось и аромат выпечки, действительно, далеко разнесся по всей улице.
- Как спалось? - потягиваясь и зевая, спросил Фабий. .
- Бывало и лучше, - буркнул Лоредан. - У меня сейчас желудок к позвоночнику прилипнет.
- Да! Я тоже хочу, есть, - заявил Нарбо и зевнул. - Эх, наверное, барана целого бы съел или поросенка. Но, как же пирожками пахнет с улицы! Клянусь Ваал-Бабой, я бы три десятка сразу сожрал!
- У нас нет денег, даже на один пирожок, - сказал Лоредан, не скрывая горечи. - И все потому, что кое-кто плохо присматривал за кошельком господина.
- Кто? - совершенно искренне удивился Нарбо. Видимо, спросонья еще плохо соображал.
- Кто? Да ты! Кто же еще, по-твоему?
- Я? - Нарбо тут же скис и бухнулся перед Лореданом на колени. - Прости, господин. Но эта драка вчера... трудно было уследить за всем.