С минуту Атиба нерешительно топтался перед входом. Потом, вытащив кошель, данный ему Титом Минуцием, взвесил его в руке и, вздохнув, снова спрятал. Еще постоял, о чем-то раздумывая, затем запустил руку в другой мешочек, висящий у него на шнурке на шею. Тут, его смуглое лицо озарилось радостью. В мешочке, по-видимому, завалялись несколько монет, про которые он забыл. Воровато оглянувшись, нумидиец поспешил к дверям трактира.
- За ним, - сказал Лоредан.
Они, тоже вошли.
Этот трактир, почти ни чем не отличался от сотен других подобных заведений. Большой каменный прилавок отделял пивной зал от кухни и кладовых. На второй этаж вела лестница с перилами, на стенах тут и там были укреплены факелы, а в каждом углу на высоком бронзовом треножнике, еще стоял светильник в виде широкой чаши. Несколько мальчишек – трактирных слуг следили за поддержанием в них огня. В пивном зале было порядка трех десятков широких длинных столов и множество табуретов. В центре помещения возвышался прямоугольный деревянный помост, по углам которого с помощью железных колец были укреплены светильники: длинную тонкую ножку увенчивала чаша в виде цветка лотоса. В одном углу помоста на изящных стульчиках из слоновой кости, расположились две девушки-арфистки, в другом три юноши играли на флейтах и старый сморщенный негр выстукивал ладонями ритм на двух маленьких барабанах. Танцовщиц не было. Или хозяин трактира их не держал, или у девушек, как раз был перерыв между танцами.
Лоредан не без содрогания вспомнил трактир, в котором они остановились с Нарбо по приезде в Рим. Хвала милостивым богам, это заведение выглядело куда лучше. Здесь было чисто, царил порядок, да и публика, расположившаяся за столами, внушала, куда большее доверие. Вполне прилично выглядел и сам хозяин трактира. Это был высокий, дородный мужчина лет 40-45-ти. На нем была чистая туника с короткими рукавами и кожаный передник. Сам он готовкой не занимался, предоставив это двум проворным рабам. Каменный прилавок был разделен поперечной деревянной балкой на две части. В правую половину были вделаны два огромных котла и две жаровни. В левой находился здоровенный глиняный кратер. Смешиванием вина с водой занимался светловолосый раб в одной набедренной повязке. Позади него возвышался огромный шкаф со множеством полок и отделений. Наверху стояли запечатанные глиняные бутылки, на средних полках рядами выстроились киафы, скифосы (7) и килики (8), покрытые причудливой росписью. Внизу стояли бронзовые ойнохои и красиво расписанные амфоры небольших размеров. Между столами бегали проворные мальчишки: одни подавали посетителям блюда с едой, другие следили, чтобы кубки и чаши не пустели.
Атиба подошел к левой стороне прилавка. Целую минуту он мялся на месте, потом хозяин заметил его нерешительность и пришел нумидийцу на помощь.
- Чего тебе? Выпить, что ли?
- Да, винца бы мне немного. Очень хочется.
- У меня прекрасный выбор, - сказал хозяин. – Есть вино с Крита, из винограда, что собрали с южных склонов кносских холмов. Есть Делосское вино, молодое и горячее, как новобрачная. Есть терпкое из Мителены. Прекрасный выбор испанских вин. Ну и конечно лучшее среди италийских вин – Фалернское! Но, как я вижу, ты раб, и денег у тебя немного. Что, хозяин не очень щедрый? Сколько у тебя?
Атиба выложил два медных аса.
- К-хм, - глубокомысленно произнес хозяин. – Одной монеты тебе не хватает, чтобы я налил тебе кислого халкедонского. Ну, да ладно, исключительно по доброте душевной, я тебе, все же налью.
- О благодарю! – воскликнул растроганный Атиба.
Хозяин сгреб монеты и поставил перед Атибой глиняную чашку. Из простого глиняного кувшина, на котором облупилась уже почти вся краска, он налил в чашку мутно-красную жидкость. Но раб, похоже, был и этому рад. Взяв кубок, он устроился за самым дальним столом в углу зала, где начал не спеша потягивать вино.