- Вот, господин, Луцилла и Лисса.
- Покажите-ка ваши лица, - велел Лоредан.
- Зачем, мы понадобились, господину? – спросила одна из женщин.
- Делайте, что велено! – прикрикнул Мерций.
Женщины с явной неохотой откинули капюшоны. Лоредан, даже отшатнулся, увидев их грязные спутанные волосы и морщинистые физиономии.
Лицо Луциллы, к тому же, покрывали бородавки, а у Лиссы оно было бледное, словно у покойницы, отчего грубо зарубцевавшийся шрам, наискось проходящий через все лицо от левой скулы до правой брови, отчетливо выделялся багровой полосой. От обеих старух, к тому же, воняло похуже, чем из выгребной ямы. Когда то, они обслуживали моряков, носильщиков и прочий портовый люд, теперь же были никому не нужны, жили лишь на подаяние, да иногда отдавались другим нищим за пару ассов или кусок хлеба.
- Ну как, нравимся мы господину? – спросила Луцилла и разинув рот, в котором отсутствовала половина зубов, а оставшиеся почернели от гнили, захохотала. – Господин желает, чтобы его ублажили? Красоты и молодости у нас не осталось, зато есть большой опыт.
- Мне понадобятся ваши услуги, - сдержанно сказал Лоредан. – Но ублажать, вы будите другого.
Он повернулся к Мерцию.
- Вот, что нужно сделать: этих… женщин помыть, одеть получше, но только в одежду шлюх, умастить благовониями, какие подешевле. Затем, я хочу, чтобы ты сопроводил их в свободную комнату и там оставил. После, ты спустишься в зал, подойдешь к толстяку, что играет в кости, его зовут Тит Минуций, и скажешь, что наверху в комнате его ждут две рабыни, присланные Элием Геротием. За эту услугу, ты получишь два золотых. Согласен?
Глаза юноши заблестели. Он обрадовался не только будущему вознаграждению, но и предстоящему интересному развлечению, поскольку уже предвидел, чем все это, в конце концов, обернется. Зачем только все это странному господину, он не знал, да, в общем-то, и не хотел знать.
- Вам. Каждой из вас, я тоже дам по золотому, - сказал Лоредан между тем нищенкам. – И после, прибавлю еще три–четыре сестерция, если вам удастся задержать Тита Минуция, хотя бы несколько минут.
Услышав это, обе шлюхи, так и застыли в изумлении, не веря собственным ушам. Когда же до них дошел смысл сказанного, обе упали на колени и потянулись к Лоредану, чтобы поцеловать его руки.
- О добрый, великодушный господин!
Лоредан отскочил, скривившись от отвращения.
- Ну, довольно, не надо этого. Делайте, что вам велено и все. Я вообще-то, сомневаюсь, что вам удастся задержать Минуция, не говоря уж о чем-то большем. Можно переодеться, грязь смыть, вонь заглушись ароматными эссенциями, но глаз, то не обманешь.
- Об этом не беспокойся, господин, - захихикала Луцилла. – У нас хватит умения, не только задержать его, но и затащить в постель.
- Неужели? – удивился Лоредан. – Что ж, если у него, хотя бы с одной из вас случится соитие, я добавлю еще несколько сестерциев. И вот еще что, - Лоредан выразительно посмотрел сначала на Мерция, потом на Луциллу и Лису, - я хочу, чтобы вы держали язык за зубами. Я оплачиваю не только ваши услуги, но и ваше молчание, в том числе.
- Мы не проболтаемся, - за всех ответил Мерций. – Можешь на нас положиться, господин.
- Хорошо. Но, поторопитесь. Ночь на исходе.
Они вернулись к трактиру вчетвером. Лоредан вошел первым и устроился за столом, что располагался справа от входной двери. Всякий входящий, мог бы увидеть его, только, если бы оглянулся. Зато, сам Лоредан видел весь пивной зал и всех, кто входит и выходит из заведения. Никто не обратил на молодого аристократа внимания, поскольку все были с головой увлечены игрой Фабия и Тита Минуция. Но все-таки, Лоредан накинул на голову капюшон своего плаща и не снимал его, даже когда один из трактирных слуг принес ему вина.
Через несколько минут появились Мерций, Луцилла и Лисса. Втроем, они быстро пересекли зал и поднялись на второй этаж. На них, тоже не обратили внимания, даже хозяин трактира, увлеченный жаркой игрой, не меньше других.
Приготовления на верху заняли около получаса. Лоредан с тревогой поглядывал в окно. Вот-вот начнёт светать. Наконец, Мерций спустился и подойдя к Титу Минуцию тронул того за плечо. Тот, аж подскочил.
- Чего тебе? – рявкнул он, повернув к юноше злое, красное, словно смоква лицо. – Не видишь, осёл, что я занят?
Мерций наклонился и что-то быстро зашептал Минуцию в самое ухо. Тот, сначала нахмурился, видимо, не совсем еще понимая, о чем это болтает слуга. Потом, до него дошло, и Тит Минуций проворно вскочил. На его жирной лоснящейся физиономии, прямо-таки разлилось похотливое выражение.