Интересно было посмотреть и на продажу рабов. В специально отведенном для этого месте, как обычно было очень шумно и многолюдно. Огромная толпа покупателей и просто зевак, пришедших поглазеть, толкалась и теснилась возле высокого деревянного помоста. Рабов, равно, как мужчин, женщин и детей, с ногами, покрытыми ниже колен белой краской, выводили по одному или группами на помост. С людей срывали одежду, по большому счёту и без того жалкие лохмотья, едва прикрывающие тела, чтобы покупатели по достоинству могли оценить физические качества «живого» товара. Особенно, здесь ценились белокожие, светловолосые германки, британки и скифянки с золотисто-рыжимы волосами. Тут же рядом за более низкую цену продавали чернокожих рабов обоего пола, диких, длинноволосых пиктов, покрытых татуировками, пленных персов и парфян. Были здесь и жители римских провинций из числа должников или пойманных разбойников.
Пока Лоредан и Нарбо в числе других собравшихся глазели на красивых рабынь из северных стран, возле помоста появилось двое типов, заявивших, что они представители Марция Мессалы и желают разом купить всех имеющихся в наличии крепких мужчин.
- Скоро состоится навмахия! – кричали они. – Почтенный Марций Мессала устраивает ее для вас граждане Александрии! Чем больше будет сражающихся, тем грандиознее вам предстанет зрелище!
Несколько покупателей, подыскивающих невольников для работы в поле, на мельнице или в мастерской, выразили недовольство, по поводу того, что им могут не достаться физически крепкие мужчины. Между ними и представителями Марция Мессалы разгорелся ожесточенный спор. Устроители торгов потирали руки, предвкушая аукцион и прибыль более высокую, чем они рассчитывали получить поначалу от обычной продажи.
Лоредан и Нарбо не стали ждать, чем все это закончится, и направились своей дорогой.
Собственно теперь, молодой аристократ и решил начать поиск того места, где торговцы организовывали караван. Расспросив нескольких встречных, путники направились в указанном направлении. Это был юго-восточный угол Речного порта. Проходя мимо торговых рядов, где продавали хлеб, зерно и крупы, Лоредан невольно обратил внимание на одного высокого, крепкого телосложения центуриона в полном военном облачении, убеленного сединой, с суровым обветренным лицом и взглядом человека много где побывавшего и много чего видевшего.
Не привлечь внимания, центурион просто не мог, поскольку его спор с торговцем хлеба разносился далеко окрест.
- Ты слишком дорого требуешь! – рычал центурион, нависая над маленьким чернобородым сирийцем, словно готовая обрушится скала. – Что это за цена? Ты торговец или разбойник? За твои черствые лепешки и половину того, что ты требуешь, я бы не дал!
- Никакие они не черствые! - возмущался продавец, человек весьма эмоциональный, что было сразу видно по его мимике и бурной жестикуляции. – Отличный хлеб! У меня вся Александрия его покупает!
- А мою чечевицу, тоже берут нарасхват! – воскликнул торговец рядом.
- Твоя чечевица попорчена, мошенник и тоже слишком дорого стоит! – гремел центурион. – Мне через всю Ливию вести в Ламбезис пять сотен новобранцев. Крепкие молодые парни! Их по дороге кормить надо! Посчитайте сколько это жратвы! А еще со мной сотня сирийских лучников! Они, тоже жрать хотят. Это сколько денег нужно, чтобы прокормить такой отряд за время долгого пути? Или вы полагаете, что деньги, выделенные мне квестором бесконечны?
- Пусть твои воины жрут ящериц и змей, – расхохотался торговец хлебом. – На этом и сэкономишь.
- А я говорю, снизьте цену вдвое!
- Ну, уж нет! – вскричал торговец хлебом. – Эдак, я вообще без набедренной повязки останусь, если буду задаром кормить всяких, мимо проходящих вояк!
Слыша этот разговор, Лоредан усмехнулся. Скорее всего, квестор, будучи человеком опытным и прекрасно разбирающимся в ценах, и в том количестве продуктов, которое необходимо для шести сотен человек идущих в Ламбезис, выделил центуриону вполне достаточно денег на закупку. Просто, центурион пытался купить все подешевле, чтобы сэкономленное присвоить себе.
Лоредан и Нарбо направились дальше и через пару минут были на месте. Территория, где собирался караван, была отгорожена от основного рынка невысокой глинобитной стеной, где покосившейся, а где и вовсе обвалившейся. Ворот, как таковых не было - просто широкий проход в стене. Посреди двора, мощенного потрескавшимися от времени плитами, и расположился караван торговцев. Здесь, в беспорядке стояли телеги, были расстелены ковры, даже имелась парочка шатров, хотя люди, отправлявшиеся в путь, как правило, ночевали перед дорогой в небольших комнатках, что были пристроены к противоположной от входа стене. В боковых же стенах имелись пристроенные загоны, в которых Лоредан заприметил до сотни верблюдов, столько же мулов и лошадей.