47. ЦЕНА НЕУДАЧИ
47. ЦЕНА НЕУДАЧИ
Багоз был охвачен такой яростью, что гнал коней, пока те, сплошь покрытые мылом не захрипели и не зашатались. Гараманты возвращались в свой лагерь группами и поодиночке, почти все были покрыты грязью и кровью. Способные передвигаться, помогали раненым, кто-то тащил тела погибших друзей. Багоз, остановив колесницу возле ворот лагеря, с болью и отчаянием взирал на своё побитое воинство. Вскоре к нему подъехали Авал и Орхамад. Оба злые и угрюмые. В левом плече последнего торчал обломок стрелы. Через пару минут появились Киван и хромающий, стонущий Барипас, через все лицо, которого наискось проходил свежий, сочащийся кровью шрам. Время от времени, он прикладывал к ране грязно-бурую тряпицу. И кто же интересно, так разукрасил этого глупца? Шрам, судя по всему от плети. Неужели Барипаса так «угостил» один из погонщиков каравана? Нет, вряд ли. Багоз не помнил, чтобы Барипас участвовал в битве. Где же прятался этот трус?
- Барипас! – крикнул предводитель гарамантов.
Тот, охая и стеная, приблизился.
- Скажи, Барипас, - обратился к подошедшему Багоз, очень нехорошо и зло, прищурившись, - как так получилось, что твой отряд, должный ударить по моему сигналу, напал раньше времени? Весь мой план битвы был расстроен и вот к чему это привело.
Багоз широким жестом обвёл сильно растянутые колонны и отдельно бредущие группы окровавленных, измученных воинов.
- Это всё Мидад! – завопил Барипас на высокой ноте. – Сначала он смутил воинов мятежными речами, потом ударил меня…
- Это он тебя так разукрасил? – перебил Багоз.
- Он! – взвизгнул Барипас. – Хлестнул меня плетью, подлый пёс!
- Я тоже, оставлю тебе украшение, только пониже, - глухо произнёс Багоз.
В следующее мгновение мелькнул длинный кривой кинжал и глубоко над самым кадыком рассек глотку Барипаса. Тот, постоял мгновение, одновременно с ужасом и изумлением глядя на предводителя, а потом, захрипев и забулькав кровью, упал лицом вниз. Всё произошло настолько быстро, что никто, даже не успел пошевелиться. Первым пришёл в себя Киван.
- По заслугам, - сказал он. – Псу собачья смерть.
Авал и Орхамад обменялись хмурыми взглядами, но ничего не сказали.
- Где Мидад? – спросил Багоз.
- Скорее всего, убит, - ответил Киван. – Я слышал, как об этом кричали его воины по ту сторону повозок.
- Что ж, если это так, пусть благодарит богов. Остался бы жив, не отделаться бы так же легко, как Барипас.
Багоз устало потёр глаза.
– А где Валал?
- Я его не видел, - ответил Киван. – Думаю, как было велено, он обошёл караван и атаковал с другой стороны.
- Надеюсь, у него хватит ума вовремя отступить, - хмыкнул Багоз. – Помочь мы ему не сможем.
- Может, всё-таки послать всадников? – спросил Орхамад. – Хотя бы пару сотен. Они бы прикрыли людей Валала.
- Я не хочу больше терять воинов! – прорычал Багоз. – Скольких мы уже потеряли? Пятьсот? Тысячу?
- Этого мы пока не знаем, - подал голос Авал. – Но очень и очень много.
В голосе старого воина Багозу послышался упрёк. Нет, даже обвинение!
- Ты, считаешь, старик, я во всём виноват? – вскричал Багоз, хватаясь за рукоять кинжала.
- Я этого не говорил, - мрачно произнёс тот и на всякий случай заставил коня попятиться, чтобы быть вне досягаемости от кинжала предводителя.
- Во всём виноват римлянин, - тихо, но с едва сдерживаемой яростью произнёс Орхамад.
- Верно! – Багоз, аж подскочил в колеснице. – Он ведь настаивал на атаке! И он соврал, что караван охраняет лишь два десятка лучников! Где этот римлянин? Клянусь, демонами песков, умирать он будет долго!
В это время к Багозу подъехал один из воинов, остававшихся охранять лагерь. Он сообщил, что из Александрии прибыл один человек и хочет срочно видеть предводителя.
* * *
Квинт Мелорий был поднят на ноги шумом, внезапно охватившим лагерь варваров. Крайне встревоженный, он выглянул из шатра. В ворота один за другим входили гараманты. Кто пешком, кто верхом. Все они были до крайности усталые, заляпаны грязью и кровью. В лагерь стали вводить и вносить раненых, а также убитых. В телах многих торчали стрелы, иногда по нескольку штук сразу, не меньше был ран, оставленных копьями, мечами и кинжалами. Кто-то пытался оказать помощь раненым. Тех, кто был уже безнадёжен, утешали, как моги, или же, по их же просьбе приканчивали одним ударом. Судя по хмурым, злым лицам воинов, нападение не удалось. Правда, Мелорий мельком увидел одну повозку и с дюжину пленников. Еще двоих отвязывали от большого плетеного из прутьев щита. Один из них был здоровенным негром, показавшийся Мелорию знакомым. Уж не раб ли это Лоредана? А второй пленник, не сам ли Лоредан? Тут, обзор ему перегородил один из стражников. Он, что-то сказал на своём непонятном варварском языке, но жест, который он при этом сделал рукой, был вполне понятен. Мелорию и Тариксу следовало идти за стражником.