— Мы идём, — сказал я, даже не дослушав. В этих словах был не просто приказ самому себе. Это было решение, от которого не отвернут никакие стены и расстояния.
***
Я шёл по длинному коридору к нижнему двору, где уже готовили коней, когда в спину врезались быстрые шаги. Мать догнала меня, положив тёплую, дрожащую ладонь на мою руку.
— Мы останемся, — сказала она тихо, но в голосе был металл. — Королевство нуждается в нас. Мы удержим этот фронт. А ты… — она осеклась, губы дрогнули, — привези её домой, Кассиан.
Я кивнул, боясь, что если скажу хоть слово — голос меня предаст.
Отец подошёл следом. Молчаливый, с лицом, которое за годы стало похоже на высеченный в камне утёс. Он не произнёс ни фразы — лишь положил ладонь мне на плечо и сжал так, что в пальцах его чувствовалась вся сила и вера, которую он вложил в этот жест.
***
— Я еду с вами. — Голос, чуть хриплый, но полный решимости, заставил меня обернуться.
В дверном проёме стоял её брат. Лицо бледное, но глаза горели. Кулаки сжаты до белых костяшек. — Она моя сестра. Моя кровь. И пока она там — я не останусь здесь за каменными стенами.
— Ты нужен здесь, — начал Дариус. — Если демоны прорвутся глубже, каждая пара рук будет на вес золота.
— Нет, — перебил он резко, и в этом «нет» слышался стальной звон. — Хоть в самую пасть ада пойду, но не останусь.
Я посмотрел на него и увидел ту же непоколебимость, что горела во мне. Возражать не имело смысла. — Ладно, — сказал я наконец.
***
Мы уже выходили к ступеням, ведущим во двор, когда нас догнал звонкий, полный ярости голос:
— Если думаете, что оставите меня здесь — вы сошли с ума!
Крис влетела, как вихрь, глаза сверкали.
— Я не останусь, зная, что вы идёте за Элианэлой. Она — моя подруга. И либо я иду с вами, либо пойду за вами сама.
Дариус закатил глаза, но я видел: спорить бесполезно.
— Ещё одна глупая голова в нашем отряде… — буркнул он. — Ладно. Едешь. Но слушаешься нас.
Она усмехнулась, но в этой усмешке было столько облегчения, что я не стал добавлять ни слова.
***
Водное королевство встретило нас не тишиной, а рёвом битвы. Ещё издалека над городом висел не утренний туман, а тяжёлый дым, и ветер нёс в себе горечь гари, смешанную с запахом разогретого камня. Чем ближе мы подходили, тем тяжелее становился воздух — густой, горячий, как перед грозой, только грозой здесь был пожар.
С высокого холма я увидел город — сердце королевства. Улицы, ведущие к набережной, полыхали. Огненные отблески метались по стенам домов, и в пламени рушились деревянные крыши. К центральной площади тянулось чёрное облако дыма, пряча солнечный свет, а среди каменных каналов — крови было не меньше, чем воды.
Мы мчались вниз по каменной дороге. Под копытами летели обломки мостовой, в ушах нарастал гул боя: крики раненых, звон оружия, треск обрушивающихся балок. Вдоль узких каналов бежали воины в промокшей от крови броне, кто‑то пытался тащить на себе раненых.
Где-то совсем рядом, ударившись о фасад, взорвалась демоническая стрела‑копьё. Земля дрогнула, в лицо полетели осколки камня, и я с трудом удержал коня. Крис пригнулась в седле, а брат Элианэлы выхватил меч, будто враг уже стоял перед ним.
Водное королевство тонуло в огне и крике. И мне казалось, что если она действительно где‑то здесь… то её дыхание сейчас смешано с этим тяжёлым, обжигающим воздухом.
***
Мы влетели в охваченные пламенем ворота Водного королевства, и сразу стало ясно — здесь нет фронта, здесь сама земля превратилась в поле боя. Гул сражения был не просто вокруг, он жил в камне под ногами, в воздухе, в каждом вдохе.
Каменные каналы, что в мирное время сияли чистой водой, сейчас были окрашены алым. По мостам метались воины, измотанные, в рваных доспехах, пытаясь сдерживать демонов, прорывающихся через улицы. Из окон рушились балки и пламя, а в небе, под серым сводом дыма, летели чёрные силуэты крылатых тварей.
И среди всего этого я заметил его — Калина. Принц Водного королевства, друг Дариуса, сидел, прислонившись спиной к колонне, пытаясь сдержать кровь, что тёмной лентой стекала по боку. Лицо бледное, но взгляд — резкий, ясный, пронзающий.
— Кассиан… — он перехватил мою руку, и пальцы его вцепились с неожиданной силой. — Ты должен знать… Я видел её. Элианэлу.
Я замер. Сердце ударило раз, второй — слишком громко, слишком сильно.
— Калин, ты ранен. Может, тебе… показалось, — начал я, но слова звучали неуверенно.