Мы выбежали во двор.
Холодный ветер ударил в лицо, принося с собой запах гари и крови. Над стенами замка уже клубился чёрный дым, а вдалеке, за воротами, бушевала тьма. Демоны — искажённые, с горящими глазами, с пастями, полными клыков, — рвались вперёд, врезаясь в ряды защитников. Их рёв сливался с грохотом ударов, лязгом оружия и криками раненых.
И тогда я увидела его.
Высокая фигура в чёрных доспехах, увенчанная короной из тёмного металла, стояла впереди, словно сама тьма обрела облик. Его глаза горели, как раскалённый уголь, а голос, усиленный магией, прокатился над полем, заставив дрожать даже камни под ногами:
— Где моя внучка?!
Эти слова ударили в меня, как молния. Я почувствовала, как Кассиан мгновенно встал чуть впереди, заслоняя меня собой. Его рука сжала мою так крепко, что я ощутила пульс в кончиках пальцев.
— Он пришёл за тобой, — тихо, почти шёпотом, сказал он. В его голосе не было страха. Только ярость.
В этот миг я поняла — наш короткий покой закончился. Над замком сгущалась тьма, и она звала меня по имени.
***
Крики и грохот боя сливались в сплошной, давящий гул. Демоны рвались к воротам, но я видела — их натиск был лишь прикрытием. Настоящая угроза шла сквозь этот хаос, не спеша, но неумолимо.
Император.
Ему было всё равно на защиту, на ряды воинов, на магические барьеры. Он двигался, как буря, и всё, что вставало на пути, падало. Стражники, пытавшиеся преградить дорогу, отлетали в стороны, словно их отбросил невидимый удар. Маги, поднявшие щиты, гасли один за другим, как свечи на ветру.
Я знала — он идёт не к замку. Он идёт ко мне.
И в следующий миг он был уже здесь. Не шаги, не бег — просто мгновение, и тьма сомкнулась, а когда рассеялась, он стоял в нескольких шагах. Высокий, в чёрных доспехах, с короной из тёмного металла, в которой отражался огонь пожара. Его глаза горели, как два раскалённых угля, и в этом взгляде было что‑то древнее, безжалостное и властное.
Он остановился всего в нескольких шагах, и воздух вокруг словно стал тяжелее. От него исходила такая сила, что даже шум боя за стенами казался далёким, приглушённым.
Его взгляд упал на мою мать. В этот миг тьма, как живая, сомкнулась вокруг неё, обвивая её силуэтом, и я увидела, как она застыла, не в силах пошевелиться. Её глаза расширились, дыхание стало прерывистым.
Он остановился прямо перед ней, и, к моему ужасу, поднял руку, коснувшись кончиками пальцев её лица. Движение было странно бережным, почти нежным, но в нём чувствовалась власть, от которой хотелось отступить.
— Ты так на неё похожа… — произнёс он тихо, и в его глазах мелькнула тень воспоминаний. — На свою мать.
Его взгляд стал жёстче, и он перевёл его на Райдена.
— А ты… — в голосе зазвенело презрение. — Жаль, что в тебе нет и капли моей силы.
Райден сжал кулаки, но не двинулся. Я видела, как в его глазах вспыхнула ярость, но он сдерживал её, словно ждал момента.
И тогда император повернулся ко мне. Его глаза, горящие, как раскалённый уголь, впились в мои. Голос стал мягче, но от этого только страшнее:
— Пора домой, Элианэла.
Мир вокруг будто сжался до этого мгновения. Я чувствовала, как Кассиан напрягся рядом, его пальцы сжали мою руку до боли. Но прежде чем я успела что‑то сказать, Райден рванулся вперёд.
— Её дом здесь! — его крик прорезал гул боя, как клинок. — Ты нам никто!
Я видела, как его плечи дрожат от напряжения, но он не отступал. Император лишь чуть приподнял бровь, и в уголках его губ мелькнула тень улыбки — не доброй, а той, что появляется у хищника, когда добыча сама бросается в лапы.
— Никто? — его голос стал тише, но от этого ещё опаснее. — Я — её кровь. Я — её дом. А ты… ты просто мальчишка, который думает, что может встать между мной и тем, что принадлежит мне.
Отец, стоявший чуть в стороне, резко шагнул вперёд, встав между нами и императором.
— Ты не заберёшь её, — его голос был твёрдым, как сталь.
Император даже не посмотрел на него. Лишь слегка повёл рукой — и тьма, как чёрная вода, взметнулась, обвивая отца. Он застыл, словно статуя, глаза расширились, но тело не слушалось.
— Я не хочу причинять вред семье моей дочери, — произнёс император, наконец переведя взгляд на меня. — Но Элианэла пойдёт со мной.
***
Ветер взвился, поднимая пепел и дым, и казалось, что весь мир вокруг замер, ожидая, кто сделает первый шаг.
Император стоял спокойно, словно всё происходящее — лишь досадная задержка на пути к цели. Его тёмные доспехи поблёскивали в отблесках пожара, а глаза горели, как два раскалённых угля. Мама всё ещё была скована тьмой, отец — обездвижен, и только Райден, сжав кулаки, стоял между мной и ним.