Он просит её нарисовать этот город, но она отвечает, что у неё нет того, что нужно, чтобы это сделать. Она говорит, что она не художник, а историк.
"Но как же так? Ты знаешь всё обо мне, но не можешь нарисовать то, о чем я мечтаю?" — удивляется Александр.
Роза отвечает, что она не может рассказать ему всё, что знает, потому что это может изменить судьбу. Но она может показать ему, что он должен делать, чтобы его мечты сбылись. Она берёт его за руку, и он чувствует, как её рука горит. Он смотрит на её ладонь и видит на ней сияющий узор, который похож на созвездие. Она говорит ему, что это её сердце, и что он должен следовать за ним.
Слухи о странной девушке, которая теперь рядом с Александром, распространяются по лагерю. Солдаты и полководцы шепчутся, глядя на Розу. Её одежда кажется им нелепой и чуждой, её манеры — слишком свободными. Они привыкли к величественной Роксане, а Роза — совсем другая. Они говорят, что она не достойна быть рядом с их великим полководцем, что она — колдунья, которая околдовала их царя.
Один из военачальников, старый и мудрый воин, решает поговорить с Александром. Он подходит к нему и, склонив голову, говорит: "Царь, твои люди обеспокоены. Эта девушка... она кажется чужой. Её одежда, её речь, её мысли... Всё это не похоже на нас".
Александр слушает его, и его глаза начинают сужаться. Он понимает, что люди не принимают Розу, и это наполняет его яростью. "Ты говоришь, что она чужая? — голос Александра звучит тихо, но в нём слышна сталь. — А вы, разве вы не чужие? Вы пришли со мной, чтобы покорить мир, а не для того, чтобы судить мою избранницу".
Он встаёт и смотрит на воина. "Роза — не просто женщина, она — мой оберег. Она знает то, чего не знаете вы. Её сердце и душа — это то, что ведёт меня к великой победе. Если вы не можете этого понять, значит, вы недостойны быть со мной".
С этими словами он резко поворачивается и уходит, оставляя военачальника в полном смятении. Его гнев был недолгим, но его слова были как гром. Все поняли, что теперь Роза — не просто гостья, а часть их жизни.
После гневного выпада Александра, военачальник и другие воины отступают. Но их страхи не исчезают, они только усиливаются. Их мысли наполняются ещё большим подозрением: почему великий царь так защищает эту чужестранку? Может, она и вправду околдовала его? Ведь он не похож на себя. Теперь они смотрят на Розу не просто с презрением, а со страхом.
Вечером Александр возвращается к Розе, но на его лице уже нет гнева. Вместо него — задумчивость. Он садится рядом с ней и берёт её руку.
"Роза, — говорит он тихо, — люди боятся тебя. Они думают, что ты околдовала меня, что твоя магия затуманила мой разум".
Роза смотрит на него с грустью. "Я знаю, — отвечает она. — Но это не магия. Это всего лишь любовь".
"Но я должен понять, — настаивает Александр. — Что ты пела в ту ночь? Что это была за песня?"
Роза глубоко вздыхает и начинает говорить, её слова звучат как исповедь: "Это была молитва. Я просила Бога, чтобы он защитил тебя. Я пела о своей родине, об Армении, о нашем сердце и звёздах. В моей стране есть старая вера, по которой звёзды — это наши души, которые наблюдают за нами. Я пела о том, что моя душа всегда будет рядом с твоей душой, и что мы соединены одной судьбой".
Александр слушает, не отрывая взгляда от её лица. Её слова звучат как сказка, но он чувствует в них глубокую правду. Он понимает, что их связь — это не магия, а что-то гораздо более сильное. Что-то, что существует вне времени.
Александр, жаждущий понять, что же связывает его с Розой, просит её повторить песню, но уже с новым смыслом. Он хочет услышать слова, которые раскроют все их тайны. Роза берёт его за руку, и её голос, наполненный древней мудростью, начинает звучать как мелодия из далёких миров:
Прими мой дар, великий царь,
Я — Роза, дочь армянских гор.
Из рода древнего Зограбян,
Где в каждом сердце дышишь ты.
Моё сердце — камень небесный,
Душа — созвездий свет.
Я пришла к тебе сквозь века,
Как дар любви, как дар небес.
Твоя душа — часть моей души,
Твоё сердце — часть моего сердца.
Мы — две половинки, две судьбы,
Две звезды, что сошлись в небе.
Я пела о тебе, великий царь,
О бессмертных душах и тебе.
Прими мой дар, моё сердце,