Таисса вздохнула. Что ж, зато сейчас они с отцом были вместе.
– Я ужасно скучала, – произнесла Таисса негромко, накладывая себе омлет с ветчиной. – По тебе и по твоим идеям.
Её отец отставил чашку с кофе и взглянул на неё очень внимательно:
– Я тоже, Таис. Как твой нанораствор? Он тебя не беспокоит?
Таисса покачала головой:
– Всё в порядке.
– Иногда, когда я вспоминаю обо всём, что совершил Александр, – бесстрастно сказал Эйвен Пирс, – мне кажется, что нам стоит добавить в ходе переговоров дополнительное условие: оставить моего отца в криокамере на ближайшую сотню лет.
Таисса невесело улыбнулась:
– Не самое плохое условие. Но ты же сам знаешь, что хорошие парни так не поступают.
– Порой я в этом не уверен.
Мгновение они смотрели друг на друга.
– Ты мне так нужен, – тихо сказала Таисса. – Тогда и сейчас. Всегда. Я бы так хотела говорить с тобой каждый день. Но между экскурсиями в параллельные реальности, похищениями и подводными базами варианта «ноль», похоже, сбыться этому не суждено.
– Во всяком случае, это весьма затруднительно, когда тебе то и дело отключают то сеть, то способности, – невозмутимо согласился отец. – Но всегда можно попробовать найти выход.
Таисса улыбнулась:
– Совершить невозможное и сбежать на пиратском корабле? Это было бы в твоём духе. Или в параллельную реальность, к приме…
Она осеклась. Не самая лучшая шутка.
Но глаза отца улыбнулись ей.
– Любви никогда не бывает недостаточно, – негромко произнёс Эйвен Пирс.
Сердце Таиссы пропустило удар, и она вдруг словно наяву вспомнила его ауру в другой реальности. Тёмную, живую. И то, как они с Эйвеном Пирсом и Верноном сидели на кромке тропического пляжа под звёздами, обсуждая, как соврать Диру, что Тьен – сын Таиссы. Яркая луна, тёмные силуэты пальм…
…И такое родное лицо. Лицо её отца.
– Ты совершил невозможное, когда помог нам с Тьеном вернуться, – прошептала Таисса.
– Рано или поздно тебе придётся признать, что ты тоже раз за разом совершаешь невозможное, Таис. Но спешить пока совершенно некуда. – Губ её отца коснулась ироническая улыбка. – К тому же порой это довольно тяжёлая ноша.
Таисса посмотрела на него. Усталые глаза, которые осветились, едва она вошла в стеклянную столовую. Задумчивое лицо и металлические руки.
Её отец, который любил её так, как только можно любить единственную дочь. И понимал её так, как никто.
А она понимала его. Как бы редко они сейчас ни виделись.
– Я понимаю, – тихо сказала Таисса.
Она провела рукой по своему линку. Матовый чёрный металл был тёплым под рукой, и линия меню сверкнула знакомым алым, когда Таисса коснулась её пальцем.
– Подарок Дира, – произнесла Таисса. – Я думаю о нём, я хочу быть с ним рядом. Но ещё я… я ужасно хочу, чтобы к Вернону вернулись его чувства. Не ради себя – ради того, чтобы он вновь стал цельным. Думаешь, в линке Тьена есть хотя бы намёк на способ ему помочь?
Эйвен Пирс поднял бровь:
– Тебе нужен совет, что делать с линком Тьена? Или совет, что делать со своими желаниями?
Таисса покачала головой:
– Просто сочувствие.
Едва заметная улыбка.
– Оно всегда у тебя есть. Увы, с ответами дела у меня обстоят сложнее.
– Я знаю, – тихо сказала Таисса. – А вы с мамой? Чего ты хочешь?
– В мире есть другие мужчины, способные сделать её счастливой и не испытывать ни обиды, ни горечи, – просто сказал отец. – Я – не один из них, по крайней мере сейчас. Я умею управлять своими эмоциями, но не настолько.
– Но для тебя не существует других женщин. Ты предпочтёшь быть один?
Его взгляд стал отрешённым.
– Я это переживу, Таис.
– Одиночество? Всю жизнь?