Таисса почти наяву чувствовала вкус вина во рту. Вина, которое они с Верноном откупорят совсем скоро, чтобы отметить прекрасный тихий вечер наедине у моря.
И вино горчило.
Существовал шанс помочь Вернону. Но куда страшнее был шанс, что Вернон исчезнет.
Вернон не раз говорил, что знает что-то важное о её будущем. Легко, беспечно, почти в шутку. Но ответа он ей так и не дал.
Знал ли он, что подписывает себе этим приговор? Ведь сейчас она собирается сделать то же самое. Последовать его примеру и не дать ему ответов. Сохранить этот мир и его будущее.
Солнечный свет вдруг сделался ледяным. Мир изменился, сделавшись собственной тенью, вывернутой наизнанку. Тёмная сторона. Обречённость.
…Но у неё ещё было время до ночи. Неужели она не передумает?
Нет. Лгать себе Таисса не могла.
И, глядя на Вернона, с безмятежным видом растянувшегося на скале, Таисса поняла, что лгать ему она тоже не способна. И не может больше ждать и тянуть, когда уже знает ответ.
Таисса повернулась к Вернону. Откинула с лица волосы, которые тут же растрепал ветер.
– Нет, – произнесла она.
Вернон моргнул. Поднёс руку ко рту тыльной стороной ладони, подавляя зевок.
– Что – нет? Ты всё-таки передумала насчёт устриц?
Таисса попыталась улыбнуться, но не смогла.
– Нет, – хрипло сказала она. – Я не буду ждать ночи. Я должна сказать тебе сразу. Сейчас.
– Сказать что-то не особенно приятное, как я понимаю, – тон Вернона сделался холоднее. – Говори, Пирс.
Таисса набрала воздуха в лёгкие.
– Я хочу уничтожить линк Тьена.
Вернон моргнул. На одну секунду его лицо исказилось болью, отчаянием, тоской – и тут же сделалось бесстрастным, как каменная маска.
– Если мы используем линк, будущее изменится, – глухо сказала Таисса. – Линк исчезнет, не попадёт к нам из будущего, временная петля разомкнётся, и прошлое изменится тоже. Создастся ли другая реальность, я не знаю. Но шанс на это есть. Мир, где Вернон Лютер никогда не существовал. Мир, где он даже не родился. Я не смогу найти в этом мире тебя.
– Уточню, – неестественно ровным голосом сказал Вернон. – Ты бы помогла Вернону, который бы тебя любил. Ради него ты бы рискнула всем, даже тем, что наша вселенная затеряется под кроватью, как запасные носки. А вот меня можно и выкинуть на свалку, правда?
Долгий холодный взгляд. Молчащий нейросканер. Вернон думал именно то, что говорил.
Но никакая боль не могла поколебать её решение.
– Вернон… я не передумаю. – Таисса опустила взгляд, но тут же вскинула голову. – Я знаю, что я не передумаю.
– Ты или я? – спокойно спросил Вернон. – Кто из нас будет созывать конференцию? Нам ведь нужно сообщить миру, что её высочество снизошла до того, чтобы милостиво решить его судьбу.
Таисса выдержала его взгляд, закусив губу.
– Я.
Короткая усмешка. Взгляд серых глаз, из которых разом ушли все эмоции.
Всё. Он принял её выбор.
– Звони.
Набрать четыре кода сразу было делом нескольких секунд. Пальцы Таиссы были словно ватные. Этого не могло происходить на самом деле, не могло, это лишь дурной сон…
Нет. Это реальность. И сейчас она окончательно сделается явью.
На линке один за другим загорались огоньки.
– Я приняла решение, – проговорила Таисса. – Вы все здесь?
– Я здесь, – произнёс голос Дира из линка. – Канал защищён. Экраны, голограммы? Или обойдёмся голосом?
– Голограммы, – кивнула Таисса, активируя опцию на линке. – Я знаю, что никакой имперсонации не будет.
– Какая трогательная вера в меня, – хмыкнул Сайфер. – Что ж, она оправдана.
– Минуту, – спокойно сказал Эйвен Пирс. – Я поставлю свою защиту. А вот теперь готово.
В следующее мгновение четыре голограммы вспыхнули вокруг них. Дир, растрёпанный и бледный, словно он только что очнулся от короткого сна. Её отец, спокойный и собранный.
И Найт и Сайфер, которые держались за руки.