– У меня нет ни доступа, ни возможности на что-то влиять. Здесь только мой голос и моё обаяние, и только благодаря Найт. И… мои оправдания, наверное.
– Рад, что это не ты пытался меня убить, – проронил Вернон.
– А ты сомневался?
– Немного.
Они усмехнулись друг другу.
– Что ты нашёл на линке? – спросила Таисса.
– Я его спрашивала, – уронила Найт. – Он сказал, что линк подвергся божественному воздействию.
Сайфер поднял бровь:
– А что, нет? Одной вспышкой спалить схемы настолько точно, до последней частички, не причинив ни малейшего вреда Таиссе… Ты бы смогла, например?
– Будь это божественная сущность, она бы успела что-нибудь более существенное, – хмыкнул Вернон. – Например, больно щёлкнуть эту девицу по лбу, чтобы не лезла куда не следует.
– Я всё ещё занимаюсь этим линком, – помолчав, сказал Сайфер. – И я полагаю, вы все понимаете, почему я не говорю ничего больше.
– Потому что боишься, – тихо сказала Таисса. – Несмотря на всю свою браваду и желание украсть тайны будущего в угоду настоящему. Ты знаешь, что, едва ты откроешь этот ларец для нас троих, твой поступок сделается необратимым.
– Хочешь сказать, нам не стоит доверять, Таисса-паранойя? – Вернон прищурился. – Тебе, такой очаровательной и персиковой? Мне, такому суровому и загадочному? Нет, я, конечно, порой мечтаю променять всё человечество на горячий бутерброд с сыром, но ты-то точно не лелеешь никаких коварных планов. Я уж не говорю о том, что настоящий живой Саймон – достаточно добрый и романтичный парень.
– У Саймона на заставке линка моя фотография, вращающаяся в облаке осенних листьев, – негромко сказала Найт. – Я тоже люблю романтику, Вернон. Что не делает нас менее опасными.
– Ну, в твоей очаровательной внучке примерно столько же коварства, сколько в цветущей летней полянке, – отмахнулся Вернон. – Даже шмелей не завезли.
Таисса нахмурилась, вновь вспоминая слова Иоширо о том, что она не была воином.
– Будущее, – произнёс Сайфер отрешённо. – Я вдруг начал понимать, что главная тайна – далеко не в войнах и не в технологиях. Нет, дело в двух или в трёх датах. В нескольких словах. В одной автомобильной аварии или в ударе мечом, который я не смогу предотвратить.
– В ударе мечом?
– Члены общины Кобэ обычно используют меч, – сухо сказал Сайфер. – А мы с Саймоном нарушили перемирие.
– И община Кобэ всегда, всегда добивается цели, – мрачно произнёс Вернон. – Тот, кто нарушает перемирие, не уходит от наказания. Если заглянешь в будущее, подумай, что ты можешь предпринять на этот счёт.
Сайфер отрывисто кивнул.
– Я планирую скоро встретиться с Тьеном и спросить у него, – произнёс он. – Твой вопрос я тоже помню, Таисса. Я узнаю у него и о Верноне.
Таисса моргнула:
– Как ты собираешься вызнать у Тьена хоть что-то? Он не будет делиться даже прогнозом погоды. И как ты вообще надеешься снова его увидеть?
Сайфер лишь покачал головой:
– Я не собираюсь тебе ничего говорить. Прости.
– Но…
Сайфер коротким жестом прервал её.
– Это самозащита, Таисса Пирс. Это попытка спасти того, кто мне дорог. Я не прошу вас меня поддержать и прекрасно знаю, что вы от меня отвернётесь, если я зайду слишком далеко. Но компромиссов не будет.
Таисса резко повернулась к Вернону.
– Ты его слышал? Вы же союзники. Тебя не беспокоят эти его планы? Настолько, чтобы попытаться убедить его свернуть с этой дороги?
– Меня? – хмыкнул Вернон. – Я будущий свихнувшийся маньяк-диктатор. Немного не тот парень, чтобы раздавать кому-то добрые советы.
Найт протянула Сайферу руки.
– Пока ты не преступил границ, – ясным голосом произнесла она, – я с тобой. Но если ты их преступишь…
– …всё будет иначе, – произнесли они одновременно.
В глазах Сайфера была боль.
– Ты знаешь, на что я готов пойти ради долгой жизни для Саймона, – произнёс он. – И для себя. И для тебя.