– Отпусти Алису, – прошептала Таисса. – Пожалуйста.
Сай лишь покачал головой:
– Нет.
– Тогда поговори с Саймоном! С Найт! Спроси, хотят ли они такого счастья и такой долгой жизни! И захочешь ли ты вечно помнить о том, что совершил?
Вместо ответа пузырь силового поля над Таиссой сжался ещё сильнее, и металлические конструкции яхты с визгом и скрежетом начали схлопываться. Таисса бросилась к Павлу, лежащему без сознания, активировала его гермокостюм и устроила его у грот-мачты, пока Алиса захлёбывалась рыданиями.
– Что ж, если и эта демонстрация не впечатлит нашего гостя из будущего… – задумчиво произнёс Сай. – Продолжим.
Здоровенный кулак металлического гиганта медленно потянулся вниз, к золотистому пузырю силового поля. Таисса похолодела.
Нужно было сделать что-то, чтобы расстроить все планы Сая. Но как? Сама она была заперта в силовом поле вместе с Алисой, а без связи никто не мог прийти к ним на помощь. Наблюдатели-Светлые из внешней охраны наверняка валялись где-то без сознания, Найт ничего не знала, и отец Таиссы тоже, и Совет…
А Саймон, единственный, кому Таисса открыла правду и на кого надеялась, назвал план своего электронного двойника красивой сказкой. И в его глазах в ту минуту стыла такая обречённость, что Таисса наконец поняла – он не придёт и не поможет ей. Он слишком хочет жить.
Осталось только она сама. Её ум, её воля, её сила. Вот только как обмануть всемогущий искусственный разум, если взывать к его эмоциям бесполезно?
Но она всё-таки попробует.
Облака над головой делались всё темнее. Подул резкий ветер.
Таисса опустилась перед Алисой на колени. Сжала её руки и обернулась к Саю.
– Сай, – позвала она. – Я знаю, Саймон дорог тебе. Знаю, что ты хочешь жить. Но разве её жизнь не настолько же драгоценна?
Лицо Сая было белой мёртвой маской.
– Есть те, без кого я не могу дышать, Таисса Пирс, – произнёс он. – И есть все остальные. И ты, чуть не отдавшая всю кровь Вернону Лютеру, понимаешь меня даже слишком хорошо.
– Саймон тебя не простит!
– Ты сама в это не веришь, – спокойно констатировал Сай. – Я – это он. Саймон хочет того же, что и я, вот только у него не хватает смелости. – Короткая усмешка. – Но у меня достаточно безумия для нас обоих.
– Неправда. – Таисса вдруг вспомнила слова Дира. – Мы видим обе стороны, но выбираем светлую. Это и значит – быть Светлым.
Презрительный смех.
– Ты была готова уничтожить многомиллиардный мир будущего ради того, кого любишь. А теперь струсила? Это теперь называется светлой стороной? Предать, отвернуться и позволить ему умереть?
Ветер усиливался, и волны вокруг них делались всё выше, доходя уже не до колен, а до бёдер металлического гиганта, который всё ещё тянул к ним руку.
Таисса зажмурилась.
– Да! – закричала она сквозь начинающийся шторм. – Да, во мне есть тёмная сторона, да, я хочу получить противоядие для Вернона, и плевать, каким способом! Но дело не только в том, что я хочу, дело в том, что я выбираю!
Удар волны качнул золотой шар с наполовину затопленной яхтой, и Алиса закричала, когда морская вода захлестнула её щиколотки.
Сай прищурился и сделал спокойный жест.
В следующий миг металлическая рука накрыла их золотистый шар и легко, играючи обволокла, как ёлочную игрушку. Рывок – и остатки яхты, заключённые в силовом поле, взлетели в воздух на чудовищной ладони. Внизу бушевали волны, с каждой минутой становясь всё выше, и Таисса внезапно поняла, что этот шторм был рукотворным.
«Я был ветром». В мир пришла новая стихия.
– Всё, Тьен, – промолвил Сай. – Слышишь ли ты меня или нет, ты знаешь, что время пришло. Прямо сейчас мои дроны обесточили резиденцию Совета и заблокировали всех внутри. Никто не отдаст приказ о запуске вируса. А значит, меня не остановить.
По спине Таиссы скатилась капля пота. В эту секунду Сай и впрямь владел миром. И даже если нет, даже если его слова о дронах были блефом, этим клочком моря он повелевал безраздельно.
– Да ты спятил! – закричала Таисса. – Александр…
Сай расхохотался, вытирая слёзы так естественно, словно и впрямь был человеком.