– Если бы я потеряла Вернона, – тихо сказала Таисса, – ты сделала бы для меня то же самое.
Несколько мгновений они глядели друг на друга. Рамона не мешала им.
…Обломки армады догорали. Сеть медленно возвращалась к жизни. Где-то сидел мертвенно-бледный Александр, положив голову на искалеченные руки. Где-то Дир читал сводки, рыдал Саймон и ровно дышала Алиса. Где-то криво улыбался Вернон с бокалом виски в руке, вспоминая своё роковое «нет» и не жалея ни секунды. Или, напротив, размазывал по щекам злые слёзы и мечтал вернуть утраченное?
А потом Найт протянула Таиссе руку.
И вдвоём они взмыли в небо.
Глава 30
«Здесь мог бы быть миллион слов, но мы знаем друг друга достаточно, чтобы понимать, что они будут бессмысленной чушью.
Теперь Сайфер – это ты и только ты. Сколько бы дней тебе ни осталось, каждый будет для неё бесценным.
Береги её за нас обоих».
«Есть один-единственный человек в мире, который может создать лекарство от твоей болезни. По крайней мере, продвинуться на этом пути. Это всё, что я знаю.
Я лгу. Я знаю имя. Но, видишь ли, проклятый конфликт интересов. После того, что я сам чуть не сделал с несчастной Алисой, я знаю, на что можно пойти, когда отчаяние рвёт в клочья рассудок. Я не могу рисковать, что с головы этого человека упадёт хоть волос. Всё, что я мог для тебя сделать, уже сделала Найт: сказала, что тебе нужна помощь. Поверь, никакие деньги и угрозы не сработали бы лучше, чем твоё имя.
Прости, Вернон. Будь это кто угодно ещё, я сказал бы тебе.
Просто знай, что надежда есть».
«Я говорю со всеми о жизни, но тебе я хочу рассказать о смерти.
Даже после смерти есть надежда и жизнь. Нить из воспоминаний и писем, криокамера, ждущая секрета воскрешения, короткий визит в прошлое. Иногда чудо.
У меня нет надежды. Только письмо, которое придёт тебе из небытия.
На линке Тьена есть странная запись о некоей сверхважной миссии, всё вокруг которой засекречено. Красные штампы один за другим: закрыто, заперто, запрещено.
Ты будешь там.
Мне очень жаль. Это всё, что я могу сказать.
До сих пор не понимаю, как получилось, что я умираю. Но через пару миллионов лет Найт будет стоять под звёздами и думать обо мне, и это отчасти примиряет меня с реальностью.
У тебя есть ещё немного времени, чтобы продолжить дышать без боли. Во тьме лежит истина, Таисса Пирс. Но ты не обрадуешься, когда её узнаешь.
Спасибо тебе. За то, что протянула мне руку».
«Пересылаю тебе кое-какие документы напоследок. Не из будущего – из настоящего. Пока Светлые охотились за акциями «Бионикс», они наворотили немало дел. Хочешь вышвырнуть их из своей корпорации окончательно? Теперь ты это сможешь.
И… прости, Эйвен. Ты был прав».
«Останови старика. Ни Найт, ни этот мир не заслуживают того, чтобы стать его игрушками снова, и ты это знаешь.
Прощай, Светлый. Совсем скоро ты вспомнишь это письмо от умирающего электронного разума и проклянешь меня за то, что я тебя не предупредил.
А потом поймёшь.
Поймёшь всё.
Мне очень жаль. Это всё, что я могу сказать».
«Когда будешь умирать, старик, помни, что каждую минуту твоей жизни она любила меня».
«Прощай, незнакомка из меркнущей сети. Мы оседлали высокую волну, и она вот-вот выбросит тебя на берег, а я навсегда останусь в море.
Но оно того стоило.
Знаешь, в эту секунду я ищу твоё лицо на каждой улице. Словно ты вот-вот выйдешь из-за угла и протянешь мне руку, а я протяну руку тебе. И наши пальцы по-настоящему встретятся.
Я лгу, Найт. Меня уже нет. Это отложенное письмо. Уже пять секунд ты живёшь в мире без меня.
Но там, на мокрой скамейке, я держу тебя за руку».
И было утро.
Таисса моргала, глядя на алое солнце, всходящее над сонным утренним морем. Как может солнце заходить и вставать с одной и той же стороны?