– Вашему Диру тоже только что поставили нанораствор на максимум? – сквозь зубы произнёс Вернон.
– Нет. Импульс, усиливающий мощность нанораствора, коснулся только этого зала: радиус был очень мал. Я только что отправила длинный импульс, снижающий Диру воздействие нанораствора до минимума. Мне очень жаль, что воздействие физически невозможно снизить до нуля.
– Что ж, – неожиданно жёстко сказал Павел. – Раз так, тогда конец вашим игрушкам.
Лазерный луч, вырвавшийся из его пальца, рассёк консоль надвое. Ещё один луч, короткая вспышка внутри – и остатки консоли оплавились.
Взгляды Таиссы и Павла встретились.
– Это не поможет, – хриплым шёпотом сказала Таисса. – Это всего лишь консоль. Вся система внутри.
– Глубоко внизу, под консолью, – кивнул Павел. – Я вижу сквозь камень, забыла? Держись. Сейчас тряхнёт.
Кисть руки Павла, зажужжав, раскрылась, и Таисса ошеломлённо открыла рот: из его предплечья выдвинулась матовая тупорылая ракета.
– Отключи его! – голос Александра поднялся до крика.
– Не могу, – спокойно сказала Найт. – Люди Эйвена совершенно автономны, когда этого хотят. Саймон, а ты смог бы его отключить?
Сайфер засмеялся:
– Если примешь моё приглашение на чашку кофе – обязательно попробую. Но сейчас мне самому любопытно, что у него получится.
– Нет, – хрипло сказала Таисса. – Павел, вокруг тебя силовое поле! Если ракета срикошетит, ты мёртв!
Павел направил руку вниз.
– Эйвен бы меня одобрил, – промолвил он. – Просто закрой глаза, подруга.
– Давай, – спокойно произнёс Вернон. – Разнеси всё к чертям.
В следующее мгновение громыхнул взрыв.
Облако огня взлетело над оплавленными обломками консоли, навсегда похоронив всякую надежду её восстановить. Каменный пол раскололся надвое, и в нём зияла глубокая воронка.
Когда каменная пыль рассеялась, Павел спокойно стоял над воронкой, окружённый портативным силовым полем. Его рука вновь вернулась в обычное положение, и он перебирал пальцами, точно хотел увериться, что его тело вновь действует так же, как и человеческое.
Сайфер громко засмеялся.
– Кстати, – доверительно произнёс он, – кое-кто так и не смог обрубить мне канал. Хотя я достоверно знаю, что ты пытаешься до сих пор, Найт. Может быть, я всё-таки заслужил свою чашку кофе?
– Я обязательно тебя найду, Саймон, – произнесла Найт очень серьёзно. – Таис, с тобой всё в порядке?
У Таиссы всё сильнее болела голова. Её знобило, и, кажется, она вот-вот готова была упасть в обморок.
– Со мной всё в порядке, – слабо сказала она.
– Я так не думаю, – мягко сказала Найт. – Ты не Дир, чтобы перенести подобный стресс на ногах и спокойно жить дальше. Но медики скоро прибудут.
– Велики шансы, что Лютер вновь её похитит, а это мне совершенно не нравится, – сухо произнёс Александр. – Таисса, тебе нужен уход по крайней мере на неделю, иначе осложнения могут тебя убить. Вернон Лютер, у тебя тридцать секунд, чтобы улететь.
Вернон скрестил руки на груди:
– А если я не готов бросить её умирать? Если мне вдруг интересно, останется ли она в живых или нет?
– Вернон, я бы на твоём месте передумал, – кашлянул Сайфер. – Наш канал висит на то-о-оненькой верёвочке от кружевных стрингов, и кое-кто её вот-вот перережет.
– Помолчи, или я тебя отключу, – ровно сказал Вернон. – Я остаюсь.
– Вернон, будь благоразумен, пожалуйста, – спокойно сказала Найт. – Стремление освободить Таиссу от нанораствора и спасти своего отца – благородная цель, но власть над базой сейчас у меня. Мне очень жаль, но, чтобы удалить тебя отсюда, мне придётся пойти на крайние меры.
– Он ответственен за Линтон-холл, – сухо произнёс Александр. – Просто выруби его канал и задержи его.
Мгновенная заминка. Сколько электронных атак Найт успела предпринять за это время? Сколько сотен? Сколько тысяч?
– Никто не бывает настолько хорош, – поражённо произнесла Найт. – Кто ты такой, Саймон Рид?