Таисса покачала головой:
– Ещё нет. Но это случится уже очень скоро.
Тьен приоткрыл рот, глядя на неё.
– Ужасно странно, – наконец сказал он. – Ты… ты столько всего не знаешь…
– А вселенная точно прямо сразу взорвётся, если ты мне расскажешь? – уточнила Таисса. – Потому что если я это тебе обещала, я ужасная зануда.
В глазах Тьена что-то мелькнуло.
– Ты совершенно не зануда, – тепло сказал он. – Просто кое-кто говорил мне, что без целой вселенной будет грустно. Хотя бы потому, что таких вкусных котлет на ужин точно не останется.
– Умею я бить в цель, – вздохнула Таисса.
Тьен кивнул на калитку:
– Пойдём к озеру. Там сейчас точно никого нет.
– Пешком, – уточнила Таисса. – Потому что летать я сейчас не умею.
– Само собой.
Таисса покосилась на него:
– А я научусь? Снова?
Знакомое невозмутимо-ехидное выражение появилось на лице Тьена, и Таиссе очень захотелось дёрнуть его за ухо.
– Не скажу.
Бок о бок они подошли к калитке, которая негромко звякнула, когда Тьен сбросил крючок лёгким движением руки. Здесь всё дышало уютом, и Таисса улыбнулась, оглядываясь на дом: было здорово знать, что сын Дира растёт в таком… домашнем месте.
Вот только то, что он не увидит свою мать, Лару, целых девятнадцать лет…
Но об этом говорить было нельзя.
У озера покачивалась на ветру осока, и на пустынных мокрых скамейках и впрямь не было ни души. Таисса, недолго думая, плюхнулась на ближайшую скамейку, и Тьен уселся рядом с ней.
– Расскажи мне о себе, – попросил Тьен. – Какая ты в прошлом?
Таисса неуверенно оглядела свои руки.
– Я… вот… я. Постоянно ввязываюсь в неприятности и изредка спасаю мир. А я так сильно изменилась?
Тьен засмеялся:
– Ни капельки.
– То есть ты мне доверяешь, верно? – уточнила Таисса. – А это значит, что ты можешь рассказать мне что-то. Хотя бы о моих способностях и о Верноне.
Тьен вздохнул и покачал головой:
– Ты знала, что ты это скажешь. И запретила мне говорить.
Таисса тихо застонала. Сейчас ей очень хотелось сказать будущей себе пару слов. Неужели эта осторожная, расчётливая, осмотрительная и сдержанная зануда предусмотрела всё?
Но у неё было одно преимущество перед будущей собой.
Всё, что она сейчас скажет, её будущая копия будет знать. Но у Таиссы Пирс из будущего не было ни малейшего контроля над словами Таиссы из настоящего.
Таисса улыбнулась:
– Я говорила тебе и то, что ты несовершенен. Что ты всё-таки проговоришься, и ничего страшного в этом не будет. А ещё – что отпускать меня из будущего ни с чем, без надежды и без способностей, просто жестоко.
В мыслях Таиссы проскользнула мстительная нотка. Вот тебе, Таисса из будущего!
– Знаешь, это и впрямь ужасно раздражает, – вдруг серьёзно сказал Тьен. – Когда кто-то из будущего словно взял и подслушал твой самый важный разговор. Целиком. А всю твою жизнь расписывают совершенно не так, как ты хочешь.
– Ну, наверное, целая вселенная всё-таки стоит небольшого шпионства, – вздохнула Таисса. – Хотя я всё равно против.
– И я. Даже не представляешь как.
Они заговорщицки переглянулись.
– Знаешь, я каждый раз тебя очень жду, – откровенно сказал Тьен. – С тобой можно говорить о чём угодно. Вот только сегодня всё жуть как нечестно: я хочу столько всего тебе рассказать, но ничего не получится.
Таисса покосилась на мрачного светловолосого мальчишку, болтающего ногами на скамейке рядом с ней. Ей ужасно нравилось сидеть возле него, несмотря на осенний дождь. Вот только было грустно, что они ещё много лет не увидятся вот так.
– Я знаю, что мы сейчас сделаем, – сообщила она, спрыгивая со скамейки. – Пойдём за мороженым.
Когда они проходили мимо катка, сверкающего вечерними огнями, Тьен остановился. Таисса одним жестом отправила в рот остатки вафельного стаканчика с шоколадным мороженым и перевела вопросительный взгляд на него.