Таисса открыла рот для ответа. Но Найт уже исчезла.
Таисса тяжело вздохнула. Какое сообщение ей передать отцу, чтобы он согласился на разговор через секретаря?
Впрочем, стоять дальше в ванной было бессмысленно. Будь она Тёмной, она могла направиться в тренировочный зал, но сейчас, без способностей…
Хотя что изменилось? Тем более что способности в Кобэ нельзя было применять всё равно.
Таисса выбрала традиционное белое кимоно и брюки, мельком улыбнувшись тонким шёлковым нарядам, висящим рядом. Красивые, изящные и яркие, как певчие птицы. Как бы ей хотелось надеть такой наряд, опуститься на татами и пригубить вишнёвый чай, сидя напротив Дира. Полумрак, горящие светильники…
…И незабываемая ночь потом.
Сейчас, после разговора с Найт, Таисса не могла притворяться, что совершенно не думает об этом. Не представляет себе шороха простыней, горячего шёпота Дира…
Лёгкая дрожь пробежала по телу. Когда-нибудь это должно случиться, и оба они, не признаваясь друг другу, ждали ночи, которая последует за подобным вечером.
И оба оттягивали эту минуту. Шаг, который изменит всё.
Шаг, в котором они оба должны быть уверены, чтобы не ранить друг друга так, что сильнее невозможно. Потому что и убеждения Дира, и воспитание Таиссы приравнивали ночь вместе к чему-то настолько важному, что…
…что невозможно выразить словами.
Эйвен Пирс бы понял её колебания, ведь он женился на своей первой и единственной женщине. Почти двадцать счастливых лет, вот только чем это кончилось…
Но Эйвен Пирс выбрал Мелиссу Грей. Он был уверен. А как может быть уверен Дир, когда он ежечасно думает о своём нерождённом ребёнке, которого может никогда больше не увидеть? Как ощущать твёрдую почву под ногами ей, когда тот, кто любил её когда-то, виновен в страшном взрыве?
А может быть, это лишь оправдания? И им давным-давно следует забыть обо всём, отставить в сторону рушащийся мир и… просто жить?
…Нет. Ни Дир, ни Таисса не могли себе позволить думать лишь на шаг вперёд. Оба знали, что их «да» должно прозвучать раз и навсегда, на всю оставшуюся жизнь.
С этими мыслями Таисса вошла в тренировочный зал и прошлась вдоль стены с оружием, мысленно прикидывая вес каждого клинка в руке. Наконец она остановилась на простой катане с чёрной рукоятью, укреплённой на двух подпорках. Интересно, сколько веков ей было?
Мышцы ощущались чужими, слишком слабыми и медленными, но Таисса, расслабив всё тело и ровно и спокойно дыша, начала плавные, отточенные движения, перетекая из одной позы в другую. Простая разминка. Совсем несложная с виду, если смотреть со стороны, но одновременно требующая предельной сосредоточенности и полной отрешённости от мира.
– Тебя хорошо учили, – раздался ровный голос.
Таисса моргнула и обернулась, опуская оружие. И застыла.
Незнакомец в простом чёрном кимоно и брюках был лишь на полголовы выше её. Но весь его облик излучал внутреннюю силу, равную которой Таисса видела лишь дважды или трижды.
И она его уже видела. Давным-давно, в далёком детстве…
Таисса не заметила седых волос, и на бесстрастном скуластом лице почти не было морщин, но она ясно видела, что незнакомец был стар: ему было не менее семидесяти.
– Когда-то я тренировалась каждый день, – произнесла Таисса. – А потом стала пленницей Светлых и мне сделалось не до регулярных упражнений. Даже после того, как Александр вернул мне катану. Вы знаете, что его похитили?
От фигуры незнакомца внезапно повеяло угрозой.
– Александр ненавидит Тёмных, – сухо проронил он. – И будет ненавидеть, пока жив. Но Кобэ – место перемирия, а Александр – наш гость. Тот, кто нарушил древние правила, будет держать ответ не только перед Советом и Тёмными, но и перед нами. А от нас не ушёл ещё ни один отступник, кем бы он ни был.
Таисса похолодела. Она всё ещё не могла поверить, что на её отца вот-вот объявят охоту.
– И… что будет дальше?
Лицо её гостя было очень холодным и серьёзным.
– Сначала мы должны убедиться, что мы нашли виновного. Затем переговоры должны завершиться, так или иначе. Заключат ли Тёмные и Светлые мир, пока неясно, но мы будем ждать. А вот потом…