А потом вернулись к делам.
Следующий раунд встреч наконец-то сделался похож на настоящие переговоры. Таисса заворожённо смотрела, как на её виртуальном экране растут кризисные модели и появляются варианты пробных компромиссов в цифрах и фотографиях.
А потом выдохнула с облегчением, когда заявления, опубликованные в сети, оказали поистине магическое воздействие: на глазах затихали уличные протесты и вновь росли котировки акций. Первый шквал эмоций утихал, и теперь самые влиятельные бывшие Тёмные и бывшие Светлые мира искали рабочую модель, с помощью которой они могли двигаться дальше по пути дипломатии.
Всего лишь двигаться дальше. Всего лишь не начинать войну уже завтра.
Но и это было немалым шагом.
– Практически, – произнесла Мелисса Пирс, улыбаясь, – мы покамест достигли одной-единственной цели: договорились, что ни Светлые, ни Тёмные не будут предпринимать ничего серьёзного, пока мы не сядем и как следует не поговорим.
Они с Таиссой шли по дорожке бок о бок. Бледно-голубое платье Мелиссы Пирс подчёркивало её узкие плечи и стройные руки. Таисса выбрала простое чёрное платье чуть выше колен и лёгкий жакет сверху.
– Мы можем поговорить об отце? – негромко спросила Таисса.
Её мать покачала головой:
– Не стоит, Таис. Эйвен и я – это слишком личное, чтобы говорить об этом, когда нас могут слушать. Правда, Найт?
Бледный призрак Найт соткался перед ними.
– Мне жаль, Мелисса, но я обеспечиваю безопасность, – мягко сказала она.
– Я знаю, – кивнула мать Таиссы. – Всё в порядке, Найт. Я этого ждала.
Лоб Найт пересекла лёгкая морщинка.
– Я дам вам приватность в этом разговоре, – негромко сказала она. – Под мою ответственность.
– Это Сайфер на тебя так действует? – поинтересовалась Таисса. – Ты всё-таки решилась с ним увидеться?
Лицо Найт осталось совершенно невозмутимым:
– Понятия не имею, о чём ты. И, нет, мы не виделись, хотя он продолжает бомбардировать меня весьма… интересными сообщениями. Хорошего разговора.
Она сделала лёгкий жест, повернулась вокруг оси и исчезла.
Таисса и её мать переглянулись.
– Тебе нравится Найт, – произнесла Таисса.
– Она необыкновенная, – задумчиво сказала Мелисса Пирс, глядя на место, где только что стояла Найт. – И необыкновенно опасная, но как я могу её бояться, если она тебе вместо сестры? Странно, правда? Вас разделяют два поколения – и одновременно вы ровесницы.
– Я до сих пор не могу к этому привыкнуть, – серьёзно сказала Таисса. – Но мне это нравится.
– Нам с ней очень повезло. – Мелисса Пирс улыбнулась. – Когда я впервые услышала, сколько всего Найт будет делать для фильма, я подумала, что это шутка, но её возможности и впрямь за гранью реального. Массовка, спецэффекты, панорамные съёмки… Найт делает невероятное возможным за часы. Дир поставил невыполнимые сроки, но мы в них уложимся.
«Великий Тёмный». Фильм, который должен покорить экраны и рассказать о том, что Светлые и Тёмные умеют любить. Будет ли этот фильм лишь красивой сказкой или пронзительной историей любви, которая останется в сердцах навечно?
Сценаристы создавали историю из обрывков мифов и легенд, но их данные были точны. И далёкий Храм, и выбор, который встал перед Светлой, полюбившей Великого Тёмного и представшей перед Источником. Но Таисса так и не стала читать сценарий. Ей, единственной, кто говорил с Великим Тёмным, было страшно вмешиваться: слишком сильно она рисковала, что к ней прислушаются и всё испортят. Да и что она вообще могла сказать? «Уберите эту реплику, иначе Великий возродится и испепелит вас за утренним кофе?»
Вернон, пожалуй, мог сказать что-то подобное. Таисса слабо улыбнулась. Увы, сейчас они едва виделись. Призналась ли бы она ему, что несколько секунд грезила о главной роли? Впрочем, уж он-то наверняка догадался.
Но вместо Таиссы возлюбленную Великого Тёмного играла Лара. Таисса вздохнула. Вот уж чего она совершенно не ждала. И, что греха таить, именно поэтому она совершенно не рвалась побывать на съёмочной площадке.
Легендарный Ром Лессен. Часть Таиссы немного завидовала Ларе. Побыть звездой экрана, стать символом фильма, который соединит Светлых, Тёмных и людей…