Вернон вновь скользнул взглядом по фигурке Таиссы, задержавшись на вырезе платья, и повернулся к Диру:
– Зато пока в мире тихо. Переговоры есть переговоры. Ты заметил отсутствие синяков на своём милом личике и на моей мужественной физиономии? Это называется дипломатия.
– Вернон, дипломатия выглядит немного иначе, – устало сказала Таисса.
– То есть ты советуешь всё-таки дать ему в глаз? Хм. Я подумаю.
Ветер прошёлся по кустам можжевельника, и Таисса невольно вздрогнула. После того как они с Диром стояли под сжимающимся силовым полем, часть её продолжала ожидать атаки в любой момент.
– Таис, Найт настороже, – негромко сказал Дир. – Ты же знаешь.
Таисса обвела взглядом мирный тихий парк.
– Когда вокруг стены и силовые поля, в безопасность верится как-то легче, – с иронией произнесла она. – Так когда у вас начинается следующий раунд переговоров?
– Можно провести его прямо сейчас, – хмыкнул Вернон. – Устроим пикник на природе?
Мелисса Пирс засмеялась.
И тут над ними разверзлось небо.
Алый луч такой ширины, что в нём мог бы сгореть десяток вертолётов, упал с небес, разрезая пространство. На глазах Таиссы на горизонте взметнулась стена пламени, и до неё донёсся далёкий звук взрыва.
Нереально. Невозможно. Но только что на их глазах…
– Этот луч ударил из космоса? – хрипло произнесла Таисса. – Из космоса?! Это орбитальный лазер?
– Боюсь, что да, Таис.
Таисса резко обернулась, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание.
Потому что она только что услышала голос своего отца.
Эйвен Пирс, одетый в чёрное, стоял прямо в ручье, и вода текла прямо сквозь его ступни. Глаза его были закрыты очками-маской, но это было его лицо. Его голос.
Проекция. Или голограмма. Но это было неважно. Её отец был здесь.
Мелисса Пирс шагнула вперёд:
– Что происходит, Эйвен? Что, чёрт подери, только что произошло?!
Отец Таиссы не ответил. Его взгляд из-под маски был устремлён на Вернона Лютера и на Дира.
– Думаю, пора провести переговоры по-настоящему, – произнёс он. – Как вы понимаете, у меня очень веские аргументы.
Голограмма Найт вспыхнула напротив него. Очень бледная и тоже одетая в чёрное.
– Орбитальный лазер ударил с боевой платформы Тёмных, – сообщила она. – Всё это время она считалась заброшенной: Тёмные отчаянно пытались достроить её в последние месяцы войны, но не успели.
– Эйвен, – поражённо произнёс Вернон. – Оружие такого масштаба! Ты намеревался его использовать – и никому не рассказал?
– Потому что не собираюсь бездумно выжигать целые города и не позволю этого никому другому, – холодно произнёс Эйвен Пирс. – Цена слишком высока. Но на точечные удары, как вы только что убедились, я вполне способен.
Голова Таиссы закружилась. То, что происходило сейчас, было невозможно, нереально. Но это происходило.
– Погибли люди, – с трудом выдавила она. – Там, куда ты ударил.
– Там были лишь пустынные рисовые поля. Мы не хотим никого убивать, Таис.
– Но вы могли кого-то убить! Это не ты! Это не… – Таисса подавила всхлип. – Как это может происходить? Я не верю, что это происходит! Не с тобой! Это невозможно!
– Дир, у нас проблемы, – тревожно произнесла Найт.
Взгляд Дира не отрывался от экрана:
– Я вижу.
– Вы видите, что не можете сбить спутник вашими системами наведения, – с лёгкой иронией произнёс Эйвен Пирс. – Потому что вы внезапно обнаружили, что они вам… скажем так, плохо подчиняются. Не стоит пытаться, Дир. Вы проиграли.
– Дайте мне полный доступ, – с нажимом произнесла Найт. – Выпустите меня, и я перекрою им все каналы.
Дир покачал головой:
– Нет. Ты – потенциально неуправляемый ИИ, Найт. Такое лекарство хуже болезни.
– Подтверждаю запрет, – произнёс из линка холодный голос Эдгара.
– Подтверждаю, – повторил за ним низкий голос Ника Горски. – Результат общего голосования: единогласно. Эйвен, какого чёрта здесь происходит?