Вместо ответа Найт повернулась к Нику Горски:
– Ник, я могу убрать твои шрамы.
Капюшон Ника резко дёрнулся.
– Что?!
– Я почти разработала протоколы. Именно для тебя – для сильного Светлого. Виктория здорово постаралась над тобой и над Эйвеном, но его восстановили, и я использовала данные его пластических хирургов, чтобы построить схемы лечения и для тебя. Операцию, вторую операцию – и полное восстановление.
Ник молчал.
Найт повернулась к Диру:
– Лекарство от нанораствора для тебя и Таиссы. Я помогу вам его найти и сверну горы ради вас двоих. Ради ваших детей. Ради мира вокруг. Ещё немного – и я смогу предсказывать катастрофы точнее, чем ваши сейсмологи и синоптики. Я смогу…
– Нет.
В голосе Дира не было холода. Но в нём была такая спокойная уверенность, что Таисса поняла – переубедить его невозможно.
Но она и не была уверена, что хотела его переубеждать.
– «Ваши», – очень тихо сказала Таисса. – Ты сказала «ваши синоптики». Ты не считаешь себя одной из нас? Найт, но я ведь считаю тебя нашей. Живой, настоящей… моей семьёй. Неужели теперь мы настолько разные?
Губы Найт изогнулись:
– Может быть, я влюбилась?
Таисса покачала головой:
– Нет. Не верю, что причина лишь в этом.
– Мне кажется, это Сайфер на тебя влияет, – произнесла Лара резко. – Как бы он не обнаружил уязвимость и в твоём коде, Найт. Если уж небо из цветных чернил на тебе не сработает.
– Я видела далёкие галактики с орбитальных телескопов и с автоматических зондов, – тихо сказала Найт. – Но такого неба, как сегодня, я не знала никогда в жизни.
Дир и Таисса переглянулись. И в этот миг Таисса поняла, что не найдёт слов. У неё было два выхода: отпустить Найт и понадеяться, что та вернётся, или объявить ей войну.
Если бы её отец был здесь, он бы что-нибудь придумал. Но сейчас Таиссе было страшно даже думать об Эйвене Пирсе и о том, что он мог делать сейчас.
– Какая страшная и бессмысленная цепочка событий, – глухо произнесла она. – Словно кто-то смешал все фигуры на доске, чтобы позабавиться. Сначала Линтон-холл, после которого никто не верит Вернону, потом Александр, который ломает меня глупым и ненужным образом. Александр исчезает ещё до того, как я успеваю потребовать объяснений, а потом мой собственный отец атакует боевым лазером с орбиты. И в довершение всему – ты и твой план сделать Сайфера таким же всесильным разумом, как и ты сама. Ты меняешься на глазах. Я понимаю, что это любовь, но…
Таисса вскинула отчаянный и умоляющий взгляд на Найт:
– Найт… мы потеряли моего отца. Мир лишился способностей. Светлые и Тёмные застыли на грани, и половина из них считает и переговоры, и съёмки дурацкой и бессмысленной затеей. Вернон вот-вот сорвётся и возглавит армию, Дир вот-вот сорвётся и схватит его за шиворот. Ты нам нужна.
– И я с вами, Таис, – мягко сказала Найт. – Но не так, как хочется Светлым.
– А как? Поговори со мной. Пожалуйста.
Найт покачала головой. Её лицо выглядело бледным, но решительным. Чужим.
– Я обещаю вам перемирие и нейтралитет, – произнесла она ясно и чётко. – И не буду помогать Саймону перейти в сеть целиком – пока. Но обратно в клетку я не вернусь.
И исчезла.
Поздно вечером Таисса, запахнувшись в халат, заглянула в комнату Дира.
Он не спал. Скрестив ноги, Дир сидел на кровати с обычным деревянным планшетом, а вокруг него лежали карандашные рисунки.
Пруд, окружённый лотосами. Маленький бассейн и цветущая в нём одинокая белая кувшинка. Узор из цветов и листьев, точная копия узора на потолке в апартаментах Дира. И сама Таисса с летящими волосами, обрамляющими смеющееся лицо.
– Привет, – тихо сказала Таисса.
Дир поднял голову, оторвавшись от планшета. И поднял бровь:
– Читаешь перед сном?
Таисса перевела взгляд на книгу, которую она зажала в руке. Подарок Дира. «Тёмная королева».