– Саю и Найт, наверное, не до меня, – произнесла Таисса.
– Саймону точно не до тебя, – хмыкнул Павел. – Не представляешь, какое лицо было у этого парня пару минут назад. Что-то среднее между неописуемым блаженством, ошарашенным восхищением и неизъяснимым ужасом.
– Это ты себя в ту минуту в зеркале не видел, – раздался знакомый насмешливый голос.
Таисса обернулась. Сайфер стоял за её спиной, засунув руки в карманы.
– Ты Сай или Саймон? – уточнила она.
– Хороший вопрос.
– Я серьёзно.
– Я тоже. – Сайфер прищурился. – Если ты представляешь наши разговоры как нечто вроде обмена репликами: «Я больше не буду» – «Да, я тебя прощаю», – подумай снова. Думаешь, между нами всё так просто?
Таисса пристально посмотрела на него. И чуть улыбнулась:
– Да. Думаю. По крайней мере, смысл нашего разговора сводился именно к этому.
– Хм. А ты умнее, чем мне казалось.
Сайфер вновь обрёл свою спокойную насмешливую уверенность. Собранность вместо исступленной горечи, замкнутый холодок вместо отчаянной откровенности. И лёгкое чувство превосходства того, кто достиг вершины в своём мастерстве – и за кем вновь распустились всемогущие крылья.
Но Таисса откуда-то знала, что перед Найт он не будет прятаться за маску прохладной самоуверенной иронии. Ей он откроется полностью, до самой последней уязвимой точки, до конца. Всем своим телом и сердцем: и живыми серо-зелёными глазами, и бесконечным электронным кодом, уходящим в такие невозможные глубины, куда, возможно, не дотянется даже человеческое подсознание. Что является более великой тайной – человеческая душа или электронная?
Она тряхнула головой. Кажется, она слишком уж задумалась.
– А Найт? – негромко спросила она, глядя на Сайфера. – Ты и она…
– Я не знаю, как это происходит, – произнёс Сайфер отрешённо, будто одновременно и говоря сам, и повторяя за кем-то, – но я вижу в ней миллионы женщин одновременно. Хохочущую девчонку на качелях, серьёзную девушку с лукавой искрой внутри, красивую, грустную, любящую… яростную и совершенную. И в то же время – живой поток фотонов и данных, которым можно любоваться вечно. Река. И бесконечное мгновение.
Сайфер помолчал.
– И я всё ещё хочу знать…
– …Какая она.
– …Какой он, – произнесли два голоса, мужской и женский.
Одну секунду они длились вместе. А потом стихли.
– Найт, – тихо сказала Таисса.
Её не было здесь. Таиссу коснулось лишь эхо её голоса. Но этими двумя словами было сказано всё.
Улыбка на лице Сайфера была абсолютно безмятежной.
– Спасибо тебе за всё, – негромко сказал он, глядя на Таиссу. – Но я надеюсь, что твоё вмешательство больше не понадобится.
– А уж я-то как надеюсь, – пробормотал Павел.
Сайфер вдруг замер, прислушиваясь к чему-то и пристально глядя в небо.
– А вот и твой транспорт, – заметил он. – Похоже, твой день рождения продолжается, Таисса Пирс.
Он указал рукой вверх. Таисса недоумённо моргнула, поднимая голову:
– Что?
И открыла рот, увидев самолёт, описывающий плавную дугу в небе и спускающийся всё ниже.
– Вот это да! – потрясённо произнёс Павел. – Не знал, что эта штука может ещё и планировать. Она же экватор огибает чуть ли не за несколько часов!
– Это некоторое преуменьшение, – раздался невозмутимый голос Дира, и рядом с Таиссой выросла его голограмма. – Таис, я тебя жду.
– Ждёшь чего? – растерянно произнесла Таисса.
Дир покачал головой, указывая на небо:
– Поговорим, когда прилетишь.
Он повернулся к Сайферу:
– Твой электронный двойник нас слышит?
– Ты разговариваешь с нами обоими, – наклонил голову Сайфер.
– Таисса предложила нам всем надежду, – произнёс Дир. – Выжженная земля не нужна никому. Но тебе стоит запомнить одно: каким бы дипломатом мне ни приходилось быть, если ты вновь посягнёшь на тех, кого я люблю, милосердия не будет.
– Ты мог сказать это мне с глазу на глаз.
– Я хотел быть уверен, что это услышите вы оба.