– В нём есть человечность, – тихо сказала Таисса. – Я не могла не протянуть ему руку.
– Я вижу тебя насквозь, Таисса-мягкотелость. И ставлю на то, что Сай предложил тебе что-то ещё в обмен на прощение. Что-то интересное.
Таисса закусила губу. Чёрт! Впрочем, она бы всё равно призналась, верно?
– Сай помог мне попасть в будущее и увидеть там ещё одну сферу. Ту самую сферу. Можешь в это поверить?
– Что? – хрипло спросил Вернон. – Пирс, у тебя галлюцинации?
– Я видела её в будущем. Я держала её в руках, но у меня её забрали. Просто… случилась вспышка, и я вновь оказалась здесь.
Таисса перевела взгляд на свои руки, которые совсем недавно держали сферу. В горле встал ком.
– Наверное, это очень жестоко – признаваться тебе, что у меня ничего не получилось, – тихо сказала она. – Но ведь и скрывать что-то настолько важное тоже нечестно. Я хочу, чтобы ты жил, и мне нужна твоя помощь.
– То есть ты исчерпала собственные коварные планы и пришла за моими, – голос Вернона обрёл прежние ехидные нотки. – Умно, Таисса-авантюристка. Кстати, я говорил, что не возражаю против того, чтобы оказаться с тобой в одной постели?
Таисса вздохнула:
– Всё повторяется, да? Разговоры в ночи, ожидание встречи… Ты будешь флиртовать со мной, потом утянешь в какой-нибудь безумный план, касающийся твоего отца, потом мы сбежим на корабле в поисках очередного невозможного артефакта… а что потом, Вернон? Политический брак? Или очередные инопланетяне, пролетающие мимо, заставят меня вновь покромсать твои чувства? Боюсь даже представить, что случится дальше.
Вернон закашлялся:
– Детка, ты точно не я? Потому что я, похоже, вырастил себе достойную ученицу. Такой уровень ехидства даже мне не всегда по плечу.
– Это не ехидство, – вздохнула Таисса. – Это беспощадная реальность.
Она помолчала, сжимая металлическую пластинку в кармане.
– Серьёзно, Вернон. Ты думал, что у тебя есть и другие способы выжить?
– К примеру, создать себе свой собственный цифровой разум, как с Сайфером? Не поверишь, как раз думал об этом. Но это копия, Таисса-самонадеянность. Не полный перенос сознания. Я – вот этот, настоящий я – всё-таки умру, и такой исход меня радует мало. Ну будет где-то там всесильный Вернон с электронной текилой, и? Да и с девочками будет тяжеловато.
– Есть ещё один способ, – напряжённо сказала Таисса. – Я колеблюсь, и очень сильно, потому что это чертовски опасно, но я не могу тебе о нём не сказать. Наверное, нам всем стоит его обсудить.
– Интригуешь, Пирс?
– Я хочу использовать информацию из будущего. Представь, что она у нас есть. Как бы ты отнёсся к тому, чтобы продлить тебе жизнь с её помощью? И чёрт с ней, с преемственностью времён?
Она словно наяву увидела, как Вернон моргает.
– Я делаю всё, чтобы ты случайно не узнала о своём будущем, – наконец сказал он. – По крайней мере, об одном незначительном факте, который я узнал почти случайно и о котором тебе знать не следует. А теперь ты предлагаешь мне прямо противоположное? Уничтожить мир, население которого можно записать одиннадцатизначным числом?
– Мир, которого ещё не существует, – уточнила Таисса. – А вот ты – да.
– А твой ненаглядный Тьен? Поверь, этого парня ты уничтожить точно не хочешь.
Таисса вгляделась в городское небо, расцвеченное огоньками вертолётов.
– Тьен создаёт вокруг себя фиксированное время, – отрешённо произнесла она. – Временные парадоксы его не касаются. Помнишь, как он сначала спас Элен, а потом не спас её? Прежняя версия Тьена должна была исчезнуть, но он всё ещё здесь и всё помнит.
– Но он не неуязвим, – терпеливо сказал Вернон. – Детка, чего бы ты ни хотела добиться, ты совершенно точно совершишь невозможно опасную глупость и тем самым нарушишь мою монополию на подобные вещи. А за это я могу и наказать. Не взять тебя в кафе-мороженое, к примеру. Или, скажем, не снять с тебя что-нибудь… интересное.
Таисса тихо засмеялась.
– Я ведь не воспринимаю тебя всерьёз, ты знаешь?
– Я тоже не воспринимаю себя всерьёз, Таисса-невинность, – рассеянно сказал Вернон. – Хотя наша забытая любовь здорово меня интригует. Знаешь, я иногда просыпаюсь среди ночи и пытаюсь вспомнить, каково это было, когда я держал сферу в руках и любил тебя. Когда я вновь обрёл себя целиком. Кажется, мне это и впрямь нужно.