Уля ушла, а я осталась с книжкой «Представь себе, что ты стройная женщина» и с его собачьим величеством Борисом, который, несомненно, решил, что я буду носиться с ним по саду, несмотря на то что сегодня холодно. Вообразимо ли, чтобы в середине сентября была такая температура?
Я спокойно представила, что Голубой тоже захочет меня стимулировать. Например, сегодня вернется, откроет дверь, нежно поздоровается с Борисом, может быть, и меня поцелует и объявит, что теперь мы будем ходить в семь часов утра в бассейн. А после обеда в тренажерный зал. А также что он записал меня на аэробику. А питаться мы будем только овощами и травками, потому что он стал вегетарианцем. Царица небесная, что мне приготовить ему на обед? Из овощей есть только сельдерей, но в конце концов, если уж он так решил, я не должна ему препятствовать!
Я поплелась на кухню и начала тоскливо тереть на терке сельдерей, потом потушила его на сковородке без жира, пусть ест, к лешему, раз уж он решил жить по-новому. Почистила картошку и разморозила зеленый горошек. Да ради Бога. О мужчинах тоже иногда надо заботиться.
Тося первая вернулась из школы. Поздоровалась с собакой и уже в дверях крикнула:
– Я не буду обедать, худею!
Адам пришел в четыре. Поцеловав меня, помчался в кухню, поднял крышку и слегка разочарованно сказал:
– Ну и запах! Сегодня у нас здоровая пища?
Я, посмотрев на него обиженно, заявила:
– Но в бассейн в семь утра я уж точно с тобой ходить не стану!
И только в этот момент осознала, что с моим воображением все в порядке. И даже лучше, чем я думала. Я спокойно могу себе представить, что я стройная!
Все раскроется
Я избегала Адама. Впрочем, это было несложно, потому что Адам избегал меня. Я боялась взглянуть правде в глаза. Много работала, а ведь на дворе бабье лето.
Меня страшил любой разговор с ним. Как знать, в какой момент все раскроется. В банке мне отказали в кредите.
Дорогая редакция!
Есть ли какая-нибудь возможность открыть общий счет, хотя мы с ним не состоим в браке?
Дорогая читательница!
Открыть общий счет нетрудно. Необходимо отправиться в банк вдвоем, заполнить соответствующие документы, заключить договор и оставить образцы подписей. Банк выдаст вам две персональные карточки и две чековые книжки, а спустя некоторое время вы получите две магнитные карточки для банкоматов. Если у вас есть общий счет, возрастают также ваши шансы на получение кредита в банке…
К сожалению, подобные операции в банке невозможны, если один из вас ничего об этом не знает.
Случается, что партнер (или партнерша!!!) окажется легкомысленным и расточительным человеком и начнет сорить направо-налево деньгами. Существует и другая опасность, что без твоего ведома партнер снимет со счета все общие сбережения. Если ты решилась открыть общий счет, у тебя нет возможности себя обезопасить…
Мой отец дал обещанные две тысячи, но нужно было больше, много больше. Вернувшись домой, я застала Адама перед телевизором, а Тося стояла, опершись на стол. Обмен мнениями между ними продолжался, по-видимому, уже изрядное время, потому что Тося пребывала в своем любимом настроении, а именно: вы все ненормальные.
– Мам, скажи ему, как называются такие маленькие, – запнулась Тося, – ну, такие небольшие в газете.
– Статьи? – подсказала я миролюбиво.
– О Боже! – Тося закатила глаза. – Да не статьи, а такие маленькие, черненькие…
– Объявления? – подхватил Адам с готовностью.
– Вы что, не знаете? Ну такие маленькие, черненькие в газете?
– Буковки? – не сдавалась я.
– Да не буквы, блин, ну маленькие, ну чуть побольше размером, такие с орнаментом, с крестиками.
– Вышивка? – спросил Адам и убавил звук в телевизоре.
Тося раздосадован но мотнула головой и впустила Бориса в комнату.
– Может быть, заголовки?
– Не заголовки, по-другому, ну как их…
– Что по-другому?
– Вы какие-то ненормальные, не понимаете, о чем я говорю, такие маленькие, черные, о смерти!
– Некрологи?
– Ну! Как трудно с вами общаться. – Тося развернулась и ушла к себе.
– А зачем тебе некрологи? – прокричала я ей вслед.
– Если тебя интересует мой, могу надиктовать текст, но не рассчитывай, что сможешь его использовать в ближайшие тридцать – сорок лет! – прокричал Адам.
– Да я просто забыла, как это называется! – отозвалась Тося.
Я вошла на кухню, помыла руки и принялась резать мясо на завтра.
Адам пошел следом, обнял меня – я уж и забыла, как это бывает, – и промолвил: