Дарбор был учтив и демонстрировал прекрасные манеры, впрочем не скрывая дикой необузданности незнакомой страны. Он обхаживал принцессу и стремился исполнить любой её каприз. Он часто смотрел на девушку, словно желал загипнотизировать или наложить иные чары подавления воли. Аравинда отвечала на все поползновения помещика снисходительной улыбкой, как и полагалось просватанной девушке высших сословий. Ей нравился Дарбор, но она не могла сказать, что он захватил, покорил её сердце. Долг принцессы сильнее чувств.
Аравинда надеялась, что её будущий супруг обладал схожими манерами и добродетелями. В остальном принцесса отметила, что земичи довольно основательный народ: они любили кичиться достижениями и своим достатком, скромности не отводилось места в их душе; если они решали что-то, то на попятную не шли, слово своё держали и могли убить товарища, отстаивая свою правду. Весьма прямолинейные люди, они не были созданы для вранья и недомолвок, но всё же умело плели интриги, а люди не дворянского происхождения мало что слышали о манерах и тактичности. Споры здесь решались быстро — кто привёл свидетелей, то и прав, а если свидетелей нет у обеих сторон, тогда начинался поединок — словесный, который мог длиться оборотами — были прецеденты, когда спорщики на суде умирали от голода или жажды — так долго и неистово они отстаивали свою правоту, — либо с использованием оружия — тогда всё решалось быстро — кто сильнее, тот и прав.
Аравинда терялась в диссонансе выводов: с одной стороны, земичи — продвинутый народ с исключительно развитой экономикой, наукой, военным делом, производством, животноводством и сельским хозяйством, огромными богатствами недр земли и библиотеками, учёными, изобретателями и сильной духовной верой в Избавителя; с другой — невоспитанные дикари, режущие друг друга из-за мелочей и объявляющие войну направо и налево. В сравнении с простолюдинами Касмедолии, последние выказывали небывалое воспитание и такт.
Дабы не стать мишенью насмешек из-за незнания повадок и менталитета земичей и интриг существующих противоборствующих партий, принцесса сочла за лучшее помалкивать и слушать других. Касмедонцы знали цену словам и умели хранить молчание, как глубокие и скрытные воды, что их окружали.
Через неделю неспешного перехода по территории Северного Приземья, посыльные, слуги, гвардия, дары и невеста добрались до поместья Тёрнгольф — будущего дома Аравинды дэлла Тулио инсолийской из Ре-Сольфеджио, что в скором времени станет Аравиндой делла Тулио ван Тёрнгольф. Будущее имя звучало для касмедонцев, как призыв атаковать или плевок в соседа, но принцесса не расстраивалась — главное чтобы союз удался, отец получил лесопилку, а она доброго мужа — остальное мелочи.
Тёрнгольф представлял собой большую двухэтажную усадьбу с северным и южным крылом, с несколькими башенками в три-четыре этажа и рядом хозяйственными постройками, выполненными в лучших традициях Земи. Белые наличники выделялись на голубом фоне отштукатуренных стен, небольшие окошки украшала резьбы в виде листьев и лозы, крышу покрывало фигурно вырезанные деревянные дощечки, уложенные в стиле черепицы.
Территория усадьбы занимала около четырёх гектаров земли, отведённых под аллеи, клумбы, небольшие прудики и сады, здесь же размещались стойла и специальные дорожки для выгона ездовых животных, небольшую царскую ферму и огород. Всё это окружали леса, также принадлежавшие Тёрнгольфу, вместе со всеми птицами и животными в них обитавшими. Здесь имели право охотиться лишь царская семья и приближённые, а также дворянские друзья, приезжавшие в гости.
Аравинду поразили огромные просторы и необъятная территория Тёрнгольфа, бесконечные поля и леса Земи и отсутствие шума моря. Выросшая на острове, который за день можно обойти от краю до края, принцесса терялась во всей этой зелёной круговерти. Тяжёлые толстые стены усадьбы давили на неё, не хватало привычной утончённости мелодии прибоя.
Часть первая. Принцесса
Отец, не раз посещавший континент по политическим делам, знал, какого будет принцессе и потому приготовил ей свой подарок.