Наверное, мы оба были в какой-то степени слишком сломаны, чтобы признать происходящее чем-то ненормальным. Мне нравилась власть, которую я получила над большим и сильным оборотнем, пусть и ненадолго. Как только он закончит, то снова станет тем засранцем, каким я его запомнила.
Я была права. Член Бренна у меня во рту стал тверже, а через мгновение его семя потекло по моему языку, выстрелило прямо в глотку. Я проглотила, не считая это чем-то отвратительным. Зак всегда говорил, что сперма полезна, в ней белок. Он вообще много чего говорил, и я, к сожалению, далеко не сразу поняла, как сильно он иногда был не прав.
Протяжно выдохнув, оборотень отстранился и посмотрел на меня сверху вниз. Я выпустила его член изо рта и попыталась подняться, потому что колени заболели от стояния на твердом и скользком кафеле. Сверху на нас все так же текла вода.
— Думаю, ты еще не достаточно чистая, чтобы оказаться в моей спальне, – с кривой усмешкой произнес оборотень и, схватив за руки, легко вздернул меня на ноги. Я сдавленно охнула от резкой боли в коленях. Падая в овраг, я местами содрала кожу, и когда на раны попала вода, они снова начали саднить. Момент, когда Бренн почувствовал запах крови, я определила безошибочно. Его ноздри дрогнули, а глаза полыхнули золотом.
— Ты ранена? – спросил он.
— Пара царапин, – отмахнулась я, потому что меньше всего мне нужна была его жалость.
— Хорошо, – кивнул Бренн и снял с полочки флакон шампуня. – Давай все же вымоем тебя.
Развернув меня спиной к себе, оборотень как следует полил мои волосы из лейки душа, после чего намылил их шампунем. Его прикосновения были неожиданно бережными, он массировал мою голову, а я стояла, уставившись в стену и затаив дыхание.
Момент, когда оборотень заметил шрамы, я тоже уловила безошибочно. Он внезапно хрипло и резко вдохнул, после чего по душевой разлилось такое напряжение, что его можно было потрогать руками. Я больше не чувствовала прикосновений к своей голове и закрыла глаза, потому что их внезапно обожгло. Ну вот и все. Не то чтобы мне было важно мнение Бренна Уайлера, но он больше никогда не будет относиться ко мне как прежде. Та девушка, которую он однажды на свою голову признал истинной парой, была холеной, ухоженной, с идеальной кожей.
Сердце сжалось. Я ждала, что он что-нибудь скажет, но оборотень за моей спиной лишь шумно дышал. Повернуться и посмотреть ему в глаза было страшно, несмотря на то, что должно было быть плевать на все обидные слова в мой адрес из его уст.
Но когда Бренн заговорил, я все равно невольно вздрогнула так, будто он собирался меня ударить.
— Кто? – дрожащим от ярости голосом спросил он и практически невесомо коснулся одного из шрамов. Самого первого и самого глубокого. – Кто это с тобой сделал, Кейла?
Глава 5.2
Проще всего, наверное, было сказать ему правду. Но мой язык будто прилип к небу, и при всем желании я не могла произнести ни единого слова. Я чуть сдвинулась, чтобы вода текла прямо на меня, и можно было бы смыть шампунь. Потому что Бренн, кажется, напрочь забыл о том, что собирался сделать. Он молчал, но я чувствовала на спине его напряженный, пристальный взгляд. Что он сделает, если узнает правду? Помчится мстить? Вот уж вряд ли. Наверное, он и сам мечтал сотворить со мной что-то подобное, и бесился из-за того, что его кто-то опередил. Меня уже сломали так, что починка была невозможна.
— Ладно, – глухо произнес оборотень. – Но когда-нибудь я узнаю правду.
— И что? – не выдержала я и обернулась, чтобы посмотреть ему в глаза. – Пожмешь ему руку? Скажешь спасибо?
— Значит, все же есть какой-то он, – с Бренна стекала вода, но он будто не обращал на это внимания.
— Делай, что собирался, – напомнила я. – Как ты там говорил? Поиметь и выбросить? Ну так давай, только в душу мне не лезь.
По его губам скользнула тень усмешки.
— Окей, – сказал Бренн и осмотрел меня с головы до ног. – Мне кажется, ты уже достаточно чистая, чтобы перебраться в мою спальню.
Надо же, какая честь.
Оборотень выключил воду и открыл дверцу душевой кабины. Наружу тут же вырвалось облако пара, и мужчина шагнул на небольшой коврик, который я явно не заметила. Взяв полотенце, он швырнул его мне.