Глава 2.2
— Позволь мне усомниться, – голос оборотня заставил меня вынырнуть из воспоминаний. – Не все так радужно в твоем личном королевстве?
Его взгляд медленно прошелся по моему телу. Грязные шорты, ободранные ладони, листья в волосах. Не обязательно быть гением, чтобы сделать правильные выводы. И это он еще не видел мою спину, на которой Зак оставил свое персональное клеймо.
Я не знала, что мне ему ответить. В отличие от меня, Бренн Уайлер за последние пять лет изменился в лучшую сторону. Нарастил мышечную массу, заматерел, из рядового оборотня стал настоящим альфой и, чего греха таить, его невозможно было не хотеть. Даже находясь в столь плачевном состоянии перед лицом мужчины, который меня ненавидел, я не могла отвести взгляд от его твердых губ. И не известно, кто из нас кого погубил, потому что даже после того, как этот волк исчез из моей жизни, я не могла перестать о нем думать.
— Ну и что дальше? – спросила я, вызывающе задрав подбородок. – Будешь мне мстить?
— Буду, – в синих глазах появился хищный блеск. – Я пять лет об этом мечтал.
Я разочарованно вздохнула. Конечно, у него был повод злиться, но я привыкла, что все и всегда сходило мне с рук, я же, в конце концов, дочь сенатора Саммервилля. Теперь уже бывшего и ныне покойного. И вряд ли Бренн Уайлер был не в курсе.
Когда стало понятно, что я позорно влюбилась в какого-то блоховоза с непонятным происхождением, моя ярость перешла все границы. Я закатила отцу настоящую истерику, чтобы он избавился от моего навязчивого поклонника наиболее болезненным для него способом. Да, я была той еще стервой, и в моей голове не укладывалось, как какой-то волк мог представить меня в своей постели.
Папочка меня всегда очень любил, и не прошло и недели, как Бренна Уайлера задержали по подозрению в торговле запрещенными веществами. Эти самые вещества нашли у него при обыске в присутствии нескольких свидетелей. Отвертеться не получилось, но так как наше правительство объявило год гуманизма, обвиняемого не посадили за решетку, а сослали в какую-то не то колонию, не то резервацию для оборотней. Я не вникала, для меня главным было, чтобы мой внезапный поклонник убрался от меня далеко и надолго. Насколько мне было известно, срок его заключения еще не вышел. Так какой бездны Бренн Уайлер вновь оказался в Саммервилле, еще и чувствовал себя здесь хозяином жизни?
— А знаешь, что я с тобой сделаю? – мужские пальцы обхватили мой подбородок, и дыхание замерло в груди. Сердце будто остановилось, потому что мне действительно было страшно. То, что я с ним сделала, было непростительно. Но, что самое худшее – он точно знал, по чьей вине оказался в неволе. А для оборотня не было ничего более мучительного, чем лишиться своей свободы. Бренн так сильно хотел избежать заключения, что попытался бежать прямо из здания суда. О том, каким способом его остановили, свидетельствовал шрам на груди оборотня. Нет, я знала, что он тогда не умер, но не сомневалась, что видела его в последний раз, бледного, истекающего кровью и совершенно беззащитного.
— Что? – наконец, смогла выговорить я, хотя приговор читался в его глазах.
— То, о чем мечтал с того самого мига, как впервые тебя увидел, – хрипло проговорил мужчина. – Но теперь в этом не будет ни капли любви и заботы, которую я собирался подарить тебе изначально.
Подумать только, он собирался мне что-то подарить.
Я попыталась оттолкнуть его, чем вызвала усмешку на мужском лице. Он был больше и сильнее, я была идиоткой, раз на какой-то миг об этом забыла. Был бы на месте Бренна Зак, он бы быстро напомнил мне, какова цена сопротивления. По спине пробежала волна дрожи, и я опустила голову, пряча взгляд. Мужчину, похоже, это не устроило, потому что его пальцы практически сразу сжались на моем горле.
— А потом, – сказал он, заставив меня прижать затылок к двери, – когда ты мне надоешь, я просто выброшу тебя из своей жизни, как бесполезный мусор. И уходя от тебя навсегда, точно не обернусь.
Столько пафоса. Я бы, наверное, развеселилась, если бы его слова не были максимально серьезными. Как сердечный приступ. Дыхание застряло в горле, и я просто смотрела на него, не отрываясь, не понимая, как оказалась в этой провальной со всех сторон ситуации.