Когда я вернулась вниз, Бренн уже стоял у двери. Он бросил на меня косой взгляд, и резко развернулся всем телом. В одно движение оказавшись рядом, навис надо мной и угрожающе зарычал:
— Я же велел тебе переодеться.
От его тона у меня желудок свернулся в тугой узел. Проглотив вставший в горле ком, я храбро встретила его взгляд:
— Я переоделась, как ты и просил.
— Ты хоть понимаешь, что мои парни будут пялиться на твои сиськи вместо того, чтобы говорить о деле? Быстро…
Он не договорил, потому что в дверь постучали. В два шага вернувшись к двери, он резко распахнул её.
На пороге стояли пятеро. Впереди остальных была женщина, которая выделялась на фоне остальных своей уверенностью и грацией. Её тёмные волосы были зачесаны назад, открывая лицо с острыми чертами и высокими скулами, подчёркивающими хищную красоту. Лёгкий отблеск от дождя придавал её внешности ещё больше суровой притягательности.
Она держалась прямо, даже слишком прямо, как будто её тело привыкло демонстрировать силу. Глаза – янтарные, почти светящиеся, – оценивающе прошлись по комнате, задержавшись на мне всего на миг. Этот взгляд был тяжёлым, будто она видела сквозь меня, оценивая, стою ли я её внимания.
— Альфа, – коротко проговорила она, обращаясь к Бренну. Её голос звучал низко, с мягкой хрипотцой, которая делала его пугающе-спокойным.
Когда она шагнула внутрь, я заметила, что её движения напоминали кошачьи: плавные, уверенные, но с угрозой, скрытой в каждом шаге. Остальные члены стаи, войдя следом, невольно держались чуть позади, признавая её лидерство.
— Проходите, — бросил Бренн, отступая.
Они вошли внутрь, по одному, уверенно двигаясь в гостиную, и воздух в комнате сразу изменился. Словно температура упала на несколько градусов, а напряжение стало осязаемым.
Я замерла в стороне, стараясь не привлекать к себе внимания, но уже ощущала, как их взгляды касаются меня. Особенно последний из них — высокий мужчина с короткими светлыми волосами и цепким, как у хищника, взглядом.
— Это и есть причина, по которой ты нас собрал? – спросил он, склонив голову набок, едва заметно кивая в мою сторону.
Бренн коснулся меня взглядом, а потом повернулся к оборотню.
— Она под моей защитой, – коротко ответил он, и его голос звучал так, что даже я почувствовала, как это утверждение не подлежит обсуждению. – Оторву голову любому, кто хотя бы подумает о том, чтобы коснуться её.
— Это мы уже поняли, – заметила женщина, опускаясь в кресло таким уверенным движением, что мне было совершенно ясно: она здесь была не впервые. – Бедняга Джейс уже поплатился своей головой.
Я почувствовала, как к горлу подступила тошнота при одном упоминании того оборотня, который буквально накинулся на меня сутками ранее. Если бы Бренн не оказался в тот момент рядом, кто знает, чем бы всё закончилось. Джейс явно был настроен решительно, и вряд ли удовлетворился бы лишь тем, чтобы поиметь меня в спальне своего альфы. Нет, Бренн бы ему этого не спустил.
— Я тоже скорблю, – низким голосом проговорил Бренн, который устроился в кресле во главе зала и жестом подозвал меня к себе. – Но он перешёл черту. И должен был быть наказан в соответствии с законами стаи.
Оборотни опустили взгляды, а я неуверенно приблизилась к Бренну, совершенно не представляя, куда девать руки, взгляд и себя саму. Стоило мне приблизиться, как альфа уверенным движением обхватил меня за талию и усадил на ручку своего кресла.
Я замерла, чувствуя, как его рука остаётся на моей талии, сильная и тёплая, словно бетонный барьер, отделяющий меня от остального мира. Остальные оборотни молча наблюдали, и их взгляды не сулили ничего хорошего.
— Она здесь по моей воле, – продолжил Бренн, скользя взглядом по лицам собравшихся. – И если кто-то думает, что это повод для обсуждений, можете сказать об этом прямо сейчас.
Я почувствовала, как воздух в комнате становится плотным, напряжение нарастало, как натянутая струна. Однако никто не заговорил. Только женщина, сидевшая напротив, с едва заметной усмешкой наблюдала за происходящим.
— Мы здесь для дела, Бренн, – наконец сказала она, её голос звучал мягко, но в нём чувствовался стальной холод. – Не думаю, что твой новый трофей должен быть в центре внимания.
— Тогда не отвлекайтесь, Айра, – проговорил альфа. Его голос отдавал ледяной сталью. – И впредь называйте её мисс Коул.
Мне показалось, что у кого-то скрипнули зубы, и даже на лице Айры померкла улыбка. Выждав некоторое время и убедившись, что никто не желает ответить, Бренн сменил тему: