В целом он выглядел измождённым, словно пробежал марафон, споткнулся о свои же шнурки, кубарем скатился с обрыва, а потом попал под дождь и промок до нитки.
Я молча захлопнула дверь прямо перед его носом, не дав возможности продолжить. Не понимала, как он узнал, где я живу. Разве что следил за мной. Конечно, он мог прийти за своим полотенцем, но я бы и так вернула его в понедельник в колледже.
Вернулась к столу.
— Кто там был? — поинтересовалась мама.
— Дети какие-то балуются, — отмахнулась я.
Спустя пару минут из моей комнаты донёсся грохот. Удивилась даже я.
— Ты снова забыла закрыть окно в комнате? — сообразила мама.
Я и правда часто забываю его закрывать, и из-за сквозняка вечно всё падает.
— Видимо, да.
С неохотой пошла в комнату. Мама была права: окно распахнуто, а все мои тетради разбросаны по полу. Я собрала их в стопку и положила на стол. Мне казалось, что я закрывала окно, может, и не на щеколду, но закрывала. Защёлкнула замок и вышла. Либо у меня проблемы с памятью, либо у меня кто-то что-то искал.
Вернувшись к новоиспеченной парочке, я нарочно потянулась и зевнула:
— Я что-то устала, день был тяжёлый. Да и не хочу вам мешать — наслаждайтесь вечером. До завтра.
— Хороших снов, милая.
Не торопясь, я вернулась в комнату, чтобы не вызвать подозрений. Открыв дверь, я увидела парня, свисавшего с потолка и державшегося за него кончиками пальцев одной руки. «Удивилась» — слабо сказано. Но не оттого, что в комнате был кто-то посторонний (я это предполагала), а оттого, кто это был.
Я зашла, едва переставляя ноги, и закрыла дверь за спиной. Майлз отцепился от потолка и бесшумно приземлился на ноги. Спасибо ему хоть за это. Разглядев его руки в перчатках с узнаваемыми красными вставками, я наконец сложила картину воедино. Передо мной стоял тот самый заблудившийся пришелец из другого измерения.
Спрашивать, как он узнал, кто я, не имело смысла — я сама раскрылась ему по собственной глупости на горе Танос.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — прошипела я.
Больше ничего не оставалось. Швыряться в него молниями дома — так себе идея. К тому же, я была почти уверена, что он пришёл не сражаться — иначе зачем раскрывать себя?
— Привет, ещё раз, — прошептал он так, словно ничего не произошло. — Я бы не раскрывался, не будь ситуация столь щекотливой.
— Напоминаю: ты сам отказался от помощи, — я сделала шаг вперёд, а он даже не пошевелился.
— Я думал, что всё не так плохо, — он усмехнулся, но тут же скривился от боли, вцепившись в рёбра.
Я подхватила его, чтобы он не рухнул на пол и не привлёк внимания взрослых.
— Поясню, — продолжил парень, едва отдышавшись, — моё тело достаточно выносливое, я не первый год супергерой. Но эта бабка трепала меня как тряпку уже во второй раз.
Я помогла ему добраться до кровати. Молчала, не перебивая. Ему нужно было заслужить моё доверие.
— Вообще, бывало и хуже, но в моём мире технологии ушли гораздо дальше. Да и я не могу просто так заявиться в больницу.
Майлз, он же Человек-Паук, устроился на моей кровати. А затем с помощью паутины выключил свет в комнате. Я смирилась — пусть думают, что я правда легла спать.
— Почему? — вернулась я к главному. Мне нужно было всё знать.
— Начнём с того, что мне пришлось изрядно постараться, чтобы раздобыть липовые документы. Во-вторых, в этом мире я умер три года назад. Представь, каково будет моим родным, если им сообщат, что их сын жив? Если меня поймают, я даже не знаю, чем это обернётся. Явно ничем хорошим. А ты ведь уже предлагала мне помощь.
— Если всё так сложно, зачем ты пошёл в колледж? — этим вопросом я отвлекла его, пока пробиралась сквозь груду его одежды.
Добравшись до костюма, я обнаружила окровавленные бинты на его груди.
— Во-первых, у меня теперь есть комната в общежитии — то есть крыша над головой. А во-вторых, я по-другому не умею. Жизнь Человека-Паука тесно переплетена с моей обычной жизнью. Я просто не могу иначе.
— Будет больно, — предупредила я, подозревая перелом или трещину в рёбрах.
Как он вообще ходил всё это время — одному ему известно.
Я подала ему подушку, чтобы заглушить возможный крик, взяла ножницы с прикроватной тумбочки и разрезала бинты. Парень закусил ткань капюшона и уткнулся лицом в подушку.