Пальцы свело. Я чуть опустила руку — и этого хватило, чтобы тень шевельнулась.
— Поздно, девочка, — прошептала Нерисса так ласково, что захотелось вытереть уши.
Всё случилось быстро, как щелчок. Посох Кадмы сорвался из её пальцев, будто их и не было. Полоснул золотисто‑чёрный свет, и Нерисса поймала древко на лету. Кадма шагнула, но поздно. Чужая магия, липкая, как деготь, накрыла её сверху вниз, ослепила, вдавила в землю.
— Твоя гордость тебя и погубила! — Нерисса улыбнулась шире. — Ты думала, что я так слаба. Стоило лишь подыграть, чтобы ты лелеяла свою гордыню, Кадма. Она тебя и сожрала!
Я смотрела, как тускнеет взгляд Кадмы. Как из него уходит та самая упрямая искра, которую я видела во дворце. Как на миг — совсем на миг — в её глазах отражаюсь я. Девочка с Сердцем, которая не решилась. И в этом отражении — приговор. Не от Нериссы. От самой себя.
«Трусишь. Боишься власти», — сказала Кадма не вслух, а так, как умеют говорить те, кто уже тонет. И это резануло сильнее, чем удар. Потому что часть меня отвечала: «Да». А другая часть, подпрыгнув от ужаса, шептала: «Жива — значит, ещё можно исправить». А третья — самая тихая и самая злая — добавляла: «Позже. Ты ведь всё откладываешь на потом, Вилл. И вот — потом пришло».
Противный победный смех раздался со стороны Нериссы.
— Что теперь скажешь, Вилл? Два Сердца против одного!
Удар был мощным. Я успела поставить защиту, но меня всё равно отбросило назад. Спина ударилась о камень, воздух выбило из лёгких. Перед глазами на мгновение потемнело.
Не успела я ничего сообразить, как пещеру заполнила вода.
Ледяной поток ударил в лицо, закрутил, потащил в сторону. Я успела только вдохнуть и задержать дыхание. Вода давила на уши, волосы липли к лицу, тело било о камни. Я пыталась понять, где верх, где низ, но мир превратился в мутную, бешеную воронку.
На поверхности меня встретила Ирма.
Я жадно глотнула воздуха, закашлялась и поплыла следом за ней. Девчонки едва держались. Я видела их усталые лица, мокрые волосы, напряжённые плечи.
И это была моя вина.
Я должна была настоять. Должна была отговорить их от этого плана. Должна была почувствовать ловушку раньше.
Сбежать с поля боя было единственным выходом.
Я переместила девочек в замок к Ян Лин и Человеку-пауку и рассказала о том, что произошло. Говорить было тяжело. Каждое слово будто подтверждало мою ошибку.
— Нерисса победила без боя, — сказала я. — Её план куда масштабнее и продуманнее, чем мы могли предположить. У неё теперь два Сердца и Кадма. Почти все бывшие Стражницы. И сила удвоилась.
— Замбалла осталась без королевы и сил для защиты мира, — произнёс кто-то из деревьев. — Мы изберём временного правителя, но я думаю, народ согласится изгнать вас. С вашим приходом для нашего мира настали тяжёлые времена.
Я сжала Сердце Кондракара в ладони.
Хотелось возразить. Сказать, что мы пытались помочь. Что нас обманули. Что виновата Нерисса. Но после всего, что случилось, оправдания звучали бы пусто. Я звучала бы, как ребёнок.
— Мы понимаем и готовы уйти.
Сердцем Кондракара я открыла портал в наш мир.
Мы вернулись домой ни с чем.
Мы остались в облике Стражниц. Наверное, потому что внутри всё ещё ждали нового удара. Или потому, что, если я снова стану обычной Вилл, на меня обрушится всё сразу: вина, страх, усталость и понимание, что мы проиграли.
— Вилл, что теперь делать? Как же моя бабушка? — Хай Лин откровенно паниковала.
Её голос дрожал, и от этого мне стало ещё хуже. Я должна была дать ей ответ. Должна была быть лидером. Но внутри у меня самой всё трещало по швам.
В это же время Человек-паук стремительно направился к выходу из ресторана «Серебряный дракон».
— Эй, стой! — я сжала кулаки, уже не пытаясь звучать вежливо. — Я сказала, стой на месте!