Я понимала её. Защита бабушки для неё была важнее всего, но она только начала хорошо общаться с Эриком. Упускать эту возможность ей тоже не хотелось. Что если это и правда первая и последняя любовь для нее?
— Идея Вилл устроиться к вам мне по душе, — сказала Ян Лин и успокаивающе положила руку на плечо внучки.
Хай Лин немного выдохнула, но тревога с её лица не исчезла.
— Тогда поступим именно так, — поставила я точку.
— А что с Пауком? Ты его догнала? — спросила Корнелия.
Я отвела взгляд.
На языке вертелось слишком много ответов. Да, догнала. Нет, не удержала. Мы поссорились. Он прав. Я права. Мы оба не справляемся.
Но вслух я сказала только:
— Нет…
Глава 9
Репетиции шли, мягко говоря, из рук вон плохо. В актовом зале пахло пылью, тёплым металлом софитов и разогретой проводкой; динамики потрескивали, микрофоны фонили, а «Мэтт» пел так, будто кто-то вывел на свободу из-под сцены десяток фальшивых нот и они теперь охотились именно за его голосовыми связками. Я ловила себя на том, что не могу удержаться от язвительных комментариев, хотя каждая острота отзывалась внутри тупой болью: настоящее чувство юмора — это когда смеёшься не над тем, что любишь. А я всё ещё любила того, кого сейчас играли, как плохо настроенную роль.
Мы следили за ним, он — за нами. Ян Лин была у всех на виду, и круговая оборона стала нашим режимом по умолчанию. Майлз тоже крутился поблизости — всегда на полшага в тени, с руками не вылезающими из перчаток. Я заметила это не сразу: мимолётные касания пальцев, мягкий шелест ткани, привычный жест — ладонью к запястью, будто проверяет пульс. На самом деле — проверяет веб‑шутеры. Он будто никогда не снимал костюм, даже когда пытался казаться обычным. Обещание помогать он держал, но скупыми, выверенными дозами, как человек, который очень боится перелить воду в треснувший стакан.
— Здравствуй, дорогая Вилл, — словно кот мурчал Мэтт.
Подхватив меня за локоть, отвел меня в сторону, когда выдался момент моего одиночества в коридоре колледжа.
— Что тебе нужно?
— Не напрягайся ты так, — пытался разрядить обстановку он, — У меня к тебе деловое предложение.
Я сглотнула, продолжая идти с Мэттом бок обок испытывая максимальную неприязнь.
— Слушай внимательно, — перешёл он на полушёпот, медленно прижимая меня плечом к стене, будто отодвигая нас от людского потока, хотя на самом деле — меня от выхода. — Нерисса начала истреблять «своих», забирать всё, что накоплено. Этот праздник заканчивается. Если выживу я — выживет и твой Мэтт.
Слова были, как ржавые гвозди, заколоченные в ту часть меня, которая всё ещё верила в чудо. Я успела только открыть рот, когда за нашей спиной резко хрустнул воздух.
— Отойди на расстояние моей вытянутой руки. — Вмешался Майлз, оттолкнув от меня Мэтта.
Его ладонь нашла мою, а свободная не дала Мэтту подойти ближе.
— Мне повторить? — Майлз был на взводе, поэтому схватил парня за воротник и подтянул к себе с угрозой в каждом жесте.
— Не нервничай, — этот монстр в теле Мэтта, знатно испугался, когда руки Майлза начали искрится.
Искры под кожей у Майлза вспыхнули ярче. Я инстинктивно, коснулась его запястья второй рукой. Я впитала избыточный разряд, уняла дрожь — только бы он не сорвался здесь, в коридоре, среди наших однокурсников с их бестолковыми жизнями.
— Все хорошо, — выдохнула я, глядя на него: «Пожалуйста».
Еще бы немного и он бы раскрылся, на глазах у всех. Но монстр не дурак и явно все понял. Что терпеть делать? Майлз из-за меня подставился.
— Я пришел с миром, к рыжему ангелу, который установил новую в сердце власть…
Взгляд Мэтта. Он сейчас смотрел на меня, только сильнее убеждая в том, что Мэтт все еще любит меня и хочет выбраться из власти Нериссы.
— Мэтт…— сорвалось с губ.
— Он там внутри моего сознания, — почти ласково выдохнул «Мэтт», — поэтому я прошу спасти нас обоих… Я дам время, чтобы ты все обдумала.
Майлз не хотя отпустил парня. Тот скрылся среди толпы студентов.
— Ты повелась на это? — Возмутился Майлз.