Он взмыл навстречу, и началась бешеная пляска уклонений. Атаки следовали одна за другой, заставляя меня отступать под нависающую груду искорёженного металла. Я оказалась в ловушке. Вокруг висели на волоске десятки людей, цепляясь за поручни, и любое моё неверное движение могло стать для них последним.
Отчаянно пытаясь отвлечь его, я выпустила очередной разряд, но он, увернувшись, направил его в несущую колонну. Раздался оглушительный треск, и я услышала самый страшный звук в своей жизни — крик мамы. Она висела над черной водой, её пальцы скользили по мокрому металлу, а крепко держал её за руку Дин, сам едва стоя на уцелевшем обломке.
В тот миг во мне всё перевернулось. Гнев, жгучий и слепой. Отчаяние, холодное и тошнотворное. Они накатили волной, затопив разум. «Я — лидер. Я — Стражница. Но не могу спасти даже собственную мать!»
— Я лечу к тебе Вилл, говорят тут, каждые пять минут создаётся новая группа «Рыцарей мщения», и в следующей я буду солистом! — прокричал монстр, и его слова, словно яд, проникли в самое сердце.
Письмо Мэтта. Эта насмешка парализовала меня. Я замешкалась всего на секунду, но этого хватило. Питаясь страхом толпы и моим отчаянием, чудовище преобразилось, став больше, массивнее. Оно ринулось на меня и с размаху пригвоздило к остатку стены острой, как бритва, частью крыла. Боль, острая и жгучая, пронзила плечо, заставив вскрикнуть. Я чувствовала, как кровь стекает по телу. Но яростный вопль вырвался из моей груди, и я выбросила вперёд руку, выстрелив в упор сгустком чистой энергии. Его отбросило, и он, едва взмахнув крыльями, взмыл в сантиметрах от воды.
И тут я осознала — крики стихли. Метнула взгляд вокруг — людей нигде не было.
Крылатый, воспользовавшись моим замешательством, с рёвом врезался в меня, словно таран. Воздух вырвался из лёгких. Он прижал меня к уцелевшему стальному столбу, обвил моё тело металлической плетью, которая впивалась в плоть, сковывая каждое движение. Даже магия не могла справиться с этой хваткой. Я была в его руках, беспомощная, как бабочка на булавке.
Его глаза зажглись багровым светом, готовясь добить меня. Но в следующий миг тёмный силуэт, с эмблемой паука на грусти, врезался в маску с такой силой, что та затрещала. Это был то самый челок, который спас нас в прошлый раз в городе! Он обрушил на монстра град ударов, а затем, ловко увернувшись от брошенной арматуры, паутиной отправил её обратно, прямо в крыло твари.
— Что, моей злости мало? — его голос, приглушённый маской, звучал хрипло, но в нём слышалась дерзкая усмешка. — Не расстраивайся, сейчас поднажму!
Они сцепились в бешеном танце. Крылатый, теряя силу от недостатка подпитки, становился меньше, но от этого лишь яростнее. Каждый его удар, казалось, мог разорвать парня пополам. В один ужасный момент монстр, поймав его на ошибке, схватил парня за горло своими лапами и с такой силой вдавил в расщелину обломков, что те сомкнулись вокруг его торса, словно стальные тиски.
— СЛАБЫЙ! — проревел монстр, приближая своё лицо к лицу Паука. Его кулак занёсся для решающего удара.
Я видела, как тело парня затрепетало в судорогах, пытаясь вырваться, как его пальцы бессильно скользили по стальной хватке. Он был на волоске от гибели.
Это зрелище влило в меня новую силу. Я не просто так пыталась высвободить руку! Мои пальцы, наконец выскользнули из-под хомута. Не целилась вложила в разряд всю свою ярость, боль и отчаяние. Слепящая молния ударила в крылатую тварь, заставив её взреветь и отшатнуться, выпустив свою добычу.
Парень, едва не погибший, рухнул на помост, но мгновенно вскочил на ноги, его костюм был в рваных ранах, а движения выдавали боль, но он не сдавался. Он снова бросился на монстра, пригвоздив его к обломку паутиной, и метнулся ко мне.
— Ты мешаешь мне тебя спасти! — прохрипел он, с силой растягивая металл. Его пальцы скользили, но он не останавливался.
— Я не нуждаюсь в спасении! — огрызнулась я, всё ещё на взводе.
— Что-то говорит мне обратное... — парировал он, и сквозь хрипоту в его голосе я уловила намёк на улыбку.
Наша перепалка прервалась леденящим душу рёвом. Монстр разорвал паутину. Он был сильно потрёпан, его крыло неестественно вывернуто, но ярость пылала в нём с новой силой. Парень мгновенно вскарабкался по столбу, закрывая меня собой.