- Верея? – Удивленно посмотрев на меня, он заглянул в мои испуганные глаза. – Что-то не так?
- Просто горячо стало, - тихо прошептала я, при этом пряча глаза от его встревоженно взгляда.
- Правда? Странно, - произнес он, слегка нахмурив свои черные брови.
Вот как! Как можно являясь светловолосым, почти пепельного цвета блондином и иметь темные брови и ресницы? Что за магия такая? И это не применяя ни какие краски для покраски волос!
- Верея, я попрошу тебя сосредоточиться и смотреть только на свои руки, слушая мой голос, – тихо сказав это, Эгериол снова взял меня за руки.
Выдохнув и постаравшись успокоиться, я теперь уже не отрываясь смотрела на свои руки. Вот тогда я снова широко раскрыла глаза! Я явственно увидела, как вокруг его ладоней стала образовываться слабая полупрозрачная нить. Она переливалась различными цветами: от серебристого к голубому потом к синему, а от него снова к голубому и серебряному.
На моих глазах, магия, перейдя с его рук словно змейка, стала опоясывать мои руки и подниматься от ладоней к локтям. Вырисовывая при этом необычные рисунки.
Слушая голос жреца и смотря на рисунок магии на своей коже, я словно в транс входила. Мои руки стали светиться ярким голубым узором.
Голос жреца замер на каком-то шепчущемся слове и, он, перехватив мои руки, сказал:
- Твоя магия, Верея — это мороз и холод. Такая редкая для эльфов, но частая для ведьм. – После своих же слов он сильней нахмурился, и сколько бы я не старалась заглянуть в его глаза, он не позволил мне посмотреть на себя.
Словно ему в этот момент было стыдно. Стыдно за то, что они сделали меня эльфом не спрося меня про это. Ну, лично, именно так я интерпретировала его нежелание смотреть в мои глаза.
- С такой магией можно даже вызвать фамильяра. - Легко поглаживая мои ладони, явно на автомате, он, не поднимая взгляда, продолжил: - Насколько помню, с такой магией ведьмиными фамильярами становятся малые магические создания. Но кто знает, кто будет у тебя.
От его поглаживаний у меня непонятно откуда появились бабочки, крылья которых нежно сейчас щекотали мне низ живота изнутри. Честно, в своем мире я не была затворницей в плане постели, и я точно могу сказать, когда мне становится интересен мужчина в этом плане. Но ведь нельзя же тут? Я вроде как невеста принца, а он?
- Можно спросить, Эгериол? – тихо склонившись к нему, я зашептала в его ухо. – Вы, как жрецы не должны проявлять ни каких?..
Далее я не стала продолжать, при этом очень красноречиво посмотрев в его глаза. Наконец-то я смогла поймать зрительный контакт!
- Насчет того, что можно и что нельзя жрецам известно всему королевству: мы – переводчики божественных слов, не имеем право на мирские чувства. У нас полный аскетизм насчет чувств и материальных благ.
- Ой, да ладно! – вырвалось у меня такое замечание раньше, чем я поняла, что сказала. – Прости, это получается, чтобы была возможность говорить с богами, вам приходится в миру быть очень строгими к себе?
- Да, - кивнув головой, он все же не отпустил мои ладони. И так же, словно на автомате, продолжал изучать узоры нарисованных природой линий моих ладоней. – А ты хорошо данную тему изучила. Я про жрецов.
Переведя взгляд на мое лицо, он грустно приподнял уголки своих губ.
- Да нет! У меня в мире есть такие же люди! Они просто, чтобы не было соблазна, в монастыри уходят. – И, понимая, что он не совсем понял меня, постаралась объяснить. – У нас есть люди, которые чувствуя потребность в более тесном контакте с нашим богом уходят в закрытые для прочего мира здания и живут там с такими же, как и они. Молятся, придерживаются жесткой диеты, есть мясо запрещено совсем. Только если по великим праздникам. – Слегка задумавшись, я нахмурила лоб. Ну вот откуда мне, обычному человеку, знать быт монахов? Я и этот озвученный ему быт-то видела через призму сериалов да книг. А может у реальных монахов все по-другому?
- Не думаю, что стоит пока говорить на данную тему. Лучше скажи мне, у тебя на родине есть снег? – словно отрезав спросил он у меня и так внимательно в глаза посмотрел, что я невольно даже поежилась.
- Снег? – и, не задумываясь, я так громко стала его уверять, что данного добра у меня в мире полно, что ему даже пришлось немного успокаивать меня, придерживая руками мои руки. – Я же полгода в сезон снегов живу! У нас там еще и снежные вьюги бывают и страшнющие морозы. Такие, что можно не только нос отморозить, но и даже конечности!
- Я понял, - слегка улыбнувшись мне, Эгериол встал и прошелся вдоль полок с книг, что-то там ища. – Вот! В этой книге рассказывается про магию холода. Прочитай ее до завтрашнего дня.