-…Какая-то сука всё сливает, - тихо процедил я.
-Именно. Поздравляю, сын. Мозги на службе тебе ещё не отбили.
Я стиснул зубы. Хотел ответить жёстко, но знал - сейчас не время. Да и отец не станет слушать, просто положит трубку, и я не узнаю все, что у него есть. Тогда мне придется полагаться только на себя.
От отца я давно не завишу, и не пользуюсь возможностями рода. Могу и сейчас справится сам. Тем более, что у меня был давно подготовлен план «Б» - на случай, если всё пойдёт в разнос.
Несколько раз у меня были, скажем так, неудачные операции. Там я действовал не по приказу, иногда просто х** на него клал. Главное, для меня всегда был результат с наименьшими потерями с нашей стороны, а не чьи-то приказы и не то, как красиво будет выглядеть рапорт на столе у генерала. Плевать я хотел на бюрократию. Я работал на результат. Иногда - в обход. Иногда - жёстко. Но всегда - чтобы свои возвращались, а поставленная задача была выполнена.
За это меня не любили, но терпели - потому что результат был.
Живя на грани, я давно усвоил, что надеяться, что всё будет проходить гладко - всё равно что выходить на минное поле с закрытыми глазами и молиться, чтобы пронесло. Поэтому продумал и подготовил несколько планов отхода для себя. Сидеть в какой-то тюрьме особого режима для особо опасных преступников за превышение полномочий или что-нибудь в этом роде в мои планы совершенно не входило.
Пиздец не случился.
Три раза всё ограничивалось тем, что меня динамили в повышении, не давали звание, хотя планировали. Однако на случай, если бы всё бы пошло по известному месту, у меня всё было готово. И сейчас был готовый вариант, которым я собирался воспользоваться, чтобы защитить Вику. Даже уже обдумывал, как и что буду делать.
На участие отца я не рассчитывал. И обратился бы к нему только в крайнем случае. Но раз он позвонил - сам - то другое дело.
Я не собирался отказываться от помощи отца и рода. Вика и её жизнь - важнее моей гордости.
-Отец, почему ты говоришь всё это мне, а не передал информацию по своим обычным каналам, чтобы дошло до Лютаева или генерала?
-Потому что времени на бюрократию нет. – сухо ответил отец и даже не стал изображать удивление тому, что я знаю, что он ни раз и ни два вмешивался в дела отряда Заслон, в котором я служу. Надо отдать отцу должное, делал он это аккуратно, чтобы никто не связал вовремя всплывающую информацию с нашим родом и, в частности, со мной.
В начале я и сам не подозревал почему время от времени кардинальным образом меняются планы операций, в которых я принимал участие. Но потом я начал замечать закономерности.
У отца, как у главы нашего рода, за сотни лет накопившего большое влияние и возможности, был выход не только на Лютаева и генерала Беленького, моих командиров, но и на тех, кто отдаёт приказы не из кабинетов, а из тени. Тех, чьи имена не значатся в списках, но от чьих слов меняются политические расклады.
Я нахмурился, задумавшись. Что-то во всем этом мне не нравилось. И это не считая факта, что колючую, зеленоглазую занозу всей моей жизни, заказал какой-то мразотный шакал, которому, судя по всему, смертельно надоело жить. Потому что когда я его найду, а я найду, то умрет он небыстро.
Но это будет потом. А сейчас я должен защитить Вику.
-У меня приказ лететь в другом вертолёте. – заметил я, чтобы отец это учёл, если будет вычислять крота. А он будет, раз вмешался и лично позвонил мне.
-Интересно. Хотели тебя с ней разделить? Чтобы и твоей защиты её лишить, и тебя ненароком не зацепило. Хм. Опасаются родовой мести за тебя? Неужели кто-то знает, кто ты на самом деле?
Отец рассуждал вслух, как часто делал с самого моего детства. Он никогда меня не щадил. Политические подковёрные игры, чужие смерти, предательства, стратегические жертвы — всё это было частью мира, к которому он готовил меня с самого рождения. Спокойно обсуждал при мне планы убрать конкурентов, которые мешали интересам рода или тех, кто пытались кинуть наш род, отжать какой-нибудь бизнес.
«Учись думать, не закрывая глаза», - говорил он. «Жалость - роскошь, которую сильные не могут себе позволить.»