И потому мысль о том, чтобы хорошенько всыпать этому «мачо» за все его «девочки», я аккуратно положила в копилку, на будущее. И потом оттуда непременно достану - с процентами!
-… и как можно быстрее! – рыкнул он, наградив тяжелым взглядом, предупреждая без слов, чтобы не спорила.
Затем нагло схватил меня за руку, развернул и поставил слева от себя, сам выдвинулся на пол шага вперед, потянув меня за собой. Я сразу же вырвала руку из его хватки, но спорить и ругаться не стала. Сейчас мысль поставить Яра на место казалась менее привлекательной, чем возможность побыстрее отдохнуть.
База была рядом, буквально в трёхстах метрах впереди, или около того, а там и тёплое помещение с какой-нибудь горизонтальной поверхностью пригодной для сна.
Так двигаясь бок о бок, мы споро зашагали к зданиям.
Картина вокруг нас, на первый взгляд была очень похожа на аэродром, с которого мы вылетели. Только этот был гораздо меньше, зато выглядел куда более ухоженным. По периметру аэродрома свободное пространство, без кустов и зарослей молодых деревьев. Бетонные плиты на земле лежали ровно, швы между ними аккуратно залиты битумом, разметка свежая и чёткая.
Пространство открыто и всё на виду. Тут снайперу спрятаться было бы весьма проблематично.
По периметру базы виднелись наблюдательные вышки. Неподалёку виднелись постройки из серого, неприметного бетона. Пара грузовиков и несколько УАЗиков стояли неподалёку, ровно выстроенные в ряд, как на выставке.
Здесь чувствовалась рука опытного командира – база была небольшая, но обжитая и держалась в образцовом порядке.
Стоило нам отойти на достаточное расстояние, как гул винтов за нашими спинами усилился. Неожиданно вертолёт поднялся в воздух, быстро набирая высоту. Я резко остановилась, обернулась, провожая винтокрылую машину удивленным взглядом.
Странно. Пилот говорил мне о базе как о доме-родном, а сам улетает…
Я скосила глаза на Яра, пытаясь уловить его реакцию, но он даже бровью не повёл - только кивнул, мол, всё идёт как надо, и махнул рукой вперёд, поторапливая меня.
Яр тащил в одной руке свой кейс с оружием, подозреваю, что весил он прилично, но его походка была такой лёгкой словно он не замечал эту тяжесть. На спине у него был черный рюкзак, оставалось только догадываться, что там внутри – гранаты или годовой запас шоколадных и протеиновых батончиков?
«Нет, на год, пожалуй, рюкзака бы не хватило». – пришла я к выводу после недолгих размышлений. Ирония помогала не думать постоянно о том почему, правую руку Яр держит на кобуре с пистолетом хотя мы вроде бы как добрались до той самой военной базы, и теперь нам ничего не должно угрожать.
Я катила свой чемодан по бетонным плитам и каждый раз, когда небольшие колесики задевали за небольшие неровности бетонных плит, кривилась. Чемодан для этого выезда я выбрала пафосной марки, чтобы, так сказать, соответствовать образу возможной пассии Шумлова. Мне было немного жаль чемодан, особенно вспоминая о его стоимости, но себя было жальче. А при мысли, что надо бы его взять в руку и нести как Яр несет свой кейс мне становилось так невесело, что я быстро её отбросила.
Мы шли не больше пары минут как перед нами показались солдаты в стандартном, зелёном камуфляже. Они бежали нам на встречу, были вооружены, но на прицел нас, слава Богу, не брали.
Невысокий, плотный дядечка с погонами майора махнул рукой, что-то гаркнул – отсюда было неслышно, и солдаты остановились, выстраиваясь в подобие боевого порядка. Обладатель шикарных пышных усов отделился от общей массы и быстром шагом пошёл к нам. Точнее к Яру, с которого он не сводил цепких глаз. В отличие от его личного состава, молодые парни, по виду солдаты-срочники не могли скрыть любопытства и буквально прожигали меня взглядами, словно год девушку не видели.
«А ведь и правда скорее всего не видели», - улыбнулась про себя, становясь ровнее. Все же когда на тебя смотрят столько мужчин нужно постараться выглядеть достойно. Представила себя с растрепанными волосами, уставшую, без макияжа и мысленно рассмеялась. Тут уж даже красивая осанка не спасёт ситуацию, а вот сон, долгий и сладкий…