Мой кулак пронзила острая боль, когда я со злости ударил по столу.
-Держи себя в руках, Плохиш. Ещё раз сорвёшься и на выход.
Я сцепил зубы, чтобы не обматерить командира. Но знал, что игнорировать предупреждение не стоит. На кону стоит успех операции. А я и так поставил всех раком, нарушил план, заставив вытаскивать Вику из этого дерьма.
-В прошлый раз вы тоже так говорили на допросе. – меж тем продолжил Виталий.
Вика нахмурилась.
-В прошлый раз вы сказали, что расследование вам передал ваш редактор. Секретно. После отказа предыдущего репортёра. И вы только доводили его до конца.
Вика кивнула, продолжала с подозрением смотреть в глаза Витали.
-Мы выяснили, что всё это время это были вы. Скрывались под одним псевдонимом, теперь под другим.
Девушка промолчала, я знал это её лицо. Она тщательно обдумывает свои следующие слова.
-Какая разница? Что вам это даёт?
Виталий хмыкнул.
-То, что вы соврали на допросе. А это чревато. Знаете чем?
-Виталий, а с чего вы решили, что я согласилась с вашим утверждением? Я просто спросила, что вам даёт эта информация. Ведь она может быть ложной. Разве нет?
-Мы так будем ходить вокруг да около часами. - сказал по внутренней связи Влад. -Скажи ей, что мы можем её держать в камере до 48 часов и сольём информацию о ее псевдониме в сеть.
Влад отключил связь и потянулся.
-Ты не сделаешь этого, - прорычал я.
Виталий выдерживал эффектную паузу. Вика начала заметно нервничать.
-Конечно, не сделаю. Это для неё верная смерть.
-Почему? - процедил я сквозь зубы, не сводя глаз с шести мониторов, которые показывали допрос с разных углов.
-Потому что своими статьями Виктория многим людям перешла дорогу. А нескольких даже грохнули, подчищая следы. Спецслужбы не успели до них добраться вовремя.
-Значит, она репортажи делает?
Влад отвел взгляд от мониторов и посмотрел на меня. Весомо так посмотрел.
-А ты что подумал?
И тут на его лице мелькнула догадка, быстро переросшая в понимание, а потом издевательская ухмылка.
-Ты реально поверил, что такая девушка как Вика, дочка профессоров, пианистка, отличница факультета журналистики, три языка, золотая медаль и прочее, пойдёт в эскорт?
Я дёрнул воротник водолазки, который вдруг стал давить на горло.
-Ты что её совсем не знаешь? Или у тебя мозги отбило? – вкрадчиво спросил Влад.
-Я бы посмотрел, как бы ты себя вёл, если бы Нину в борделе с бандитом увидел! - огрызнулся я.
Влад потемнел лицом и хотел ответить что-то резкое, но нас отвлёк голос Витали, который ласково обрисовал Виктории её перспективы.
Я наблюдал как она резко побледнела и на миг прикрыла глаза.
-Ты думаешь, что делаешь? Она - крёстная твоего сына! – прорычал я.
-Эта крёстная была в горячих точках, написала статью о теракте на Кавказе, так сказать с места событий, и ещё до хера чего. Я с ней не раз говорил, Нина говорила. Не слушает. Считает, что раз она под псевдонимом и редактор ей как второй отец, то никто о ней ничего не узнает. Дура.
Я схватился за голову, пропуская короткие волосы сквозь пальцы.
Я был далёк от журналистики и новости читал через раз. И даже в страшном сне переставить себе не мог, что Вика теперь работает ни в каком-нибудь гламурном издательстве, а репортёром в горячих точках.
-Что вы решили, Виктория Аркадьевна?
Разжал пальцы, обхватившие затылок и жадно уставился в лицо девушки.
Виктория - моя победа и моё поражение. Любовь всей моей гребанной жизни. Любовь, от которой я отказался. Она уже успела взять себя в руки, нацепила на лицо ледяную маску и спокойно проговорила, чеканя каждое слово:
-Виталий, как я и сказала, Шумлов мне ничего не успел рассказать. Мы должны были начать разговор, когда я вышла из ванной комнаты и увидела, что Шумлов в кресле без чувств. В номере было темно и я, к сожалению, - девушка скривилась с досады, - не сразу заметила тень человека, который подкрался ко мне со спины.
-Твою мать, упрямая коза! Не сознается, - зло выплюнул Кот и выматерился от всей глубины, хм, своей души.
-То есть ваш информатор вам ничего не успел передать?
-Шумлов - не мой информатор. Ещё раз повторяю. Для тех кто в танке, - с раздражением заметила Вика.
-Виталя, продолжай. Развёл её на эмоции. Дожимай. - проговорил в наушник Кот.
-Кот, ты, блядь, думаешь, что делаешь? - сорвался я, приближаясь к командиру и нависая над ним.
-Плохиш, уймись. Твоя Вика - крепкий орешек. Её так просто не сломать. У неё важные сведения о Шумлове и, видимо, о торговле детьми. Но она не хочет ими делиться. Не доверяет. А показать своих лиц мы ей не можем, как ты понимаешь.