Я знала что выгляжу хорошо и какой эффект произвожу – спасибо стилисту. В этот раз мои волосы были убраны в высокую прическу, открывающую шею. Украшения выбирал Яр – бриллиантовое колье, к нему браслет, серьги и кольцо, всё в едином стиле. Раньше я не считала себя поклонницей ювелирных украшений, но тут не могла не признать, что это произведение искусства.
Яр шёл рядом, безупречный в смокинге, собранный, опасный. Мой личный телохранитель, любимый мужчина и потенциальная катастрофа в одном лице. Я ловила взгляды. Женские – придирчиво-оценивающие. Некоторые будто мысленно подсчитывали стоимость платья и украшений, морщились, отворачивались… но тут же возвращались взглядом к Яру. С неприкрытым интересом. С аппетитом я бы даже сказала. И вот это меня уже раздражало.
Мужские взгляды задерживались дольше положенного. Но стоило им встретиться с холодным, тяжёлым взглядом Яра и сразу отворачивались.
Яр всё это внимание замечал, но никак не комментировал.
Только становился мрачнее едва заметно, но я-то его знала. Челюсть плотно сжата, плечи напряжены, взгляд холодно скользит по гостям так, будто он не в театре, а в зоне боевых действий
– Я выгляжу как ёлка на новый год. – пошутила я, стараясь развеять его мрачноватое настроение. Мы шли под руку по роскошному холлу театра, и я старательно удерживала улыбку на лице. – Также блещу огонечками, – я махнула рукой на вдоль своего тела показывая на переливающиеся платье и драгоценности.
Яр бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд, но даже не улыбнулся на мою шутку.
– Я уже сказал, что выглядишь ты роскошно. – ответил совершенно серьёзно.
Горячая ладонь Яр накрыла мою руку, лежащую на сгибе его локтя. Я отчётливо почувствовала, как краснею от удовольствия, всё-таки каждой женщине приятно получать комплименты, особенно от любимого мужчины.
– Всё-таки немного перебор… у англичан более сдержанный вкус. А я тут как на восточную свадьбу всё самое лучшее надела.
Яр ухмыльнулся.
– Мало ли какой у них вкус. Подстраиваться под лаймов мы точно не будем. А «перебор» – это когда женщина пытается казаться тем, кем не является, – спокойно сказал он. – А ты выглядишь ровно так, как должна. Шикарно и дорого.
Мы снова следовали за сотрудником театра в сторону отдельной ложи. Вот только на этот раз вместо улыбчивого итальянца нас сопровождал чопорный англичанин – с видом человека, который провожает гостей не в ложу, а прямиком на приём к английской королеве.
Ложа была поскромнее, чем в «Ла Скала», зато вид на зал и остальные ложи открывался просто шикарный. Яр скользнул взглядом по партеру, потом по ярусам, задерживаясь именно на уровне лож – вроде бы расслаблено, между делом, но я-то видела: высматривает знакомые лица.
– Кого-то знакомого заметил? – вполголоса спросила я.
Яр едва заметно усмехнулся:
– О да, Стэнли здесь с женой и Пэрси тоже не один… со спутницей.
– Пэрси, Стэнли – это имена?
– Нет, название родов. Один будущий герцог Нортумберленд, другой – наследник графа Дерби.
– Хм, Пэрси … что-то знакомое. – пробормотала я и перевела взгляд туда, куда смотрел Яр.
В ложе напротив расположилась молодая пара, примерно нашего возраста. Мужчина в безупречном смокинге, рядом – девушка в элегантном платье.
И тут наши взгляды встретились и меня будто окатили холодной водой.
Мелодичный звонок возвестил о начале спектакля, зал начал затихать, а я продолжала сидеть с каменным лицом, лихорадочно переваривая новую информацию. И понять, как, чёрт возьми, мне себя вести?
Первый акт я, по сути, пропустила. Сам балет, надо отдать должное, поставлен хорошо, хотя до уровня Мариинского театра не дотягивал. Впрочем я не знаток балета, а всего лишь заинтересованный любитель. А вот антракт меня немного пугал.
Может, пронесёт?
Ох, Вика… сама-то веришь в такие совпадения и в то, что после такого «пронесёт»? Ну-ну.
Антракт начался с мягкого всплеска голосов – будто кто-то постепенно начал увеличивать звук. Зал ожил, бриллианты на дамах заискрились, и публика потекла к выходам из лож – этакий светский ручей – чинно, с достоинством и лёгким голодом к светским сплетням и новостям за бокалом шампанского.