Мы несколько увлеклись, ощущения её прикосновений, то, как пальчики скользили поглаживая, по моей груди. Запах её кожи, смешанный с духами, заполнил сознание, вытеснив на фиг всё остальное. Мир сузился до нашего дыхания и моих ладоней ласкающих её грудь и её тихих стонов.
– Сладкая моя девочка, как же я тебя хочу… Бл* ты даже не представляешь.
– Не ругайся…
Я усилил напор, подавляя её упрямство тем самым способом, который она ненавидела… и обожала.
– Ах, Яр… … – простонала она, когда я чуть потянул чувствительный сосочек.
И вот тогда… раздался гребанный стук в дверь.
Звук взбесил. Будто специально выбирали самый неподходящий момент.
Вика отстранилась, но я не хотел её отпускать, такую сладкую, мою. Нежные пальчики легки на мои губы, не давая мне продолжить.
– Белояр Бориславович, держите себя в руках. Мы же культурные люди. – постаралась отвлечь эта невозможная женщина. Уверен, она чувствовала, что я почти готов послать всё к чертям, схватить её и занести в спальню.
Одна мысль заставила меня остановиться: сегодня последний раз мы должны появиться на публике. Скоро мои люди найдут недобитков и мы полетим назад – домой, где я представлю Вику своему роду и мы поженимся. А ведь ещё совсем недавно, назвать любимую женщину своей я даже не мечтал.
Помог своей прекрасной даме надеть украшения, которыми она искренне восхищалась, и мы направились к ожидающей на машине в сопровождении на этот раз шестерых охранников.
– Яр, куда столько? – тихо спросила Вика мне на ухо, пока мы спускались в лифте
– Так нужно. Поверь.
Она прищурилась, глядя мне в глаза, но в этот момент телохранители сдвинулись, плотнее перекрывая пространство перед ней, и Вика не стала продолжать расспросы.
Умная женщина всегда добивается своего. Мудрая – понимает, когда лучше сделать шаг назад, чтобы потом взять больше. Вика всегда была умной, но, похоже, за эти пять лет стала ещё и мудрой. Я мысленно хмыкнул, неожиданно довольный этим обстоятельством.
В театре нас также проводили в отдельную ложу, которая была в нашем полном распоряжении. Балет мне был совершенно неинтересен, а вот присутствующие в зале знакомые лица я отметил сразу. Особенно раздражала физиономия Джорджа Пэрси, будущий герцог Нортумберленд. Я отметил его так же, как привык отмечать точку на местности, где могут устроить засаду и откуда может прилететь.
Даже Дерби бесил не настолько, возможно потому что его семейка в последние пару десятков лет отошла от попытки управления мировым порядком. Старые амбиции выдохлись, осталась только привычка важничать. Правильно меньше лезут – дольше проживут.
– Кого-то знакомого заметил? – вполголоса спросила Вика, держа на лице легкую улыбку.
Я отвёл взгляд от Перси и его блондинистой спутницы – судя по фамильным герцогским бриллиантам, невесты или уже жены — и перевёл его на свою невесту.
Как же она хороша…
Нежность накрыла меня, и внутреннее напряжение – как на боевой операции, когда понимаешь, что ты на территории врага, – отпустило. Я скользнул взглядом по её лицу, по роскошным волосам, которые так любил гладить. Сейчас они тяжёлым водопадом лежали на плечах и спине, завиваясь на концах крупными локонами. И поймал себя на мысли, как безупречно она держит осанку: спокойно, достойно, будто иначе и не умеет. И понял как мне повезло: Вика не нуждалась в подготовке и наставлениях. Она и без подсказок держалась так, что никому не придёт в голову усомниться в её праве быть частью нашего круга.
Я решил, что сейчас самое время немного посвятить Вику в местные расклады. Вполне возможно, этих аристократов местного разлива мы ещё сегодня встретим. В тот момент я даже не представлял, насколько окажусь близок к истине. Жаль, что не ошибся.
– Хм, Перси … что-то знакомое. – негромко проговорила Вика и перевела на ложу, где сидел Перси со своей спутницей и на миг застыла, что от меня не ускользнуло. Я напрягся. Может Вика просто узнала этого брита, всё-таки он встречался с веселой сестрой Кейт, будущей королевы сего острова.
– Ты его знаешь? – спросил я ровно, но в голосе был металл.