– И тебе здравствовать, Деян. Это Виктория, моя наречённая.
«Что? Наречённая? А меня, собственно, спросить не забыл?» – я покосилась на Яра, пытаясь удержать лицо, хотя внутри уже поднималась волна возмущения. Но выяснять отношения я при посторонних не собираюсь, вот приедем домой… тьфу ты. Приедем к Яру, и там-то я и выясню как «без меня меня женили».
– Прошу жаловать её по чести и хранить крепче, нежели меня самого. – со значением произнёс Яр. Даже я почувствовала особую тяжесть, прозвучавшую в его голосе. Он смотрел прямо в глаза Деяну – видимо, как старшему среди этих мужчин, а затем медленно перевёл взгляд на троих, стоявших позади.
«А вот этого, пожалуй, стоило ожидать», – подумала я уже без удивления.
И только после слов Яра Деян – всё же странные у них имена по современным меркам – посмотрел на меня. Внимательно, цепко, с той тяжестью во взгляде, которую я научилась распознавать. Не такой подавляющей, как у Яра, но вполне достаточной, чтобы почувствовать её на себе. Учат их тут, что ли, так смотреть?
Деян был старше Яра лет на пять, может, на семь. Однако относился к нему с подчёркнутым уважением. Такое не подделаешь. Он почтительно склонил голову, приветствуя меня.
Я ответила лёгкой улыбкой и таким же едва заметным кивком в адрес всех мужчин.
– Как обстановка? – спросил Яр после нашего короткого обмена любезностями.
– Всё спокойно. Главный дом готов к вашему возвращению. Ваш дядя предупреждён и будет встречать вас.
Главный дом.
Прелестно.
Я почему-то сразу представила себе не дом, а крепость. Впрочем, глядя на этих мужчин, я уже была готова поверить, что здесь даже белки на деревьях ходят по утверждённому маршруту и докладывают старшему смены.
Двое мужчин подошли к багажному отсеку и без лишних слов занялись нашими вещами. Ещё один встал чуть в стороне, перекрывая обзор со стороны ангаров. И вроде ничего особенного не происходило, но я вдруг отчётливо почувствовала: меня не просто встречают. Меня принимают под охрану. В систему. В периметр. В тот самый мир Яра, где случайностей, кажется, не признавали как класс.
Яр положил ладонь мне на спину – легко, почти невесомо, но достаточно, чтобы направить.
– Пойдём. Осталось немного.
– Немного – это по вашим местным меркам? – уточнила с иронией, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо.
Он посмотрел на меня с той самой едва заметной улыбкой, от которой у меня внутри предательски теплело.
– Минут сорок-час.
– Так и думала, по вашим меркам это почти за углом.
Один из мужчин, кажется, едва заметно усмехнулся, но тут же сделал вид, что просто поправляет ремень на сумке. Я оценила выдержку. Значит, чувство юмора здесь всё-таки допускалось. Пусть и, видимо, по спецразрешению от Яра или его отца, главы рода, с которым мне вскоре предстояло познакомиться.
Мы подошли к двум чёрным джипам, стоявшим у края площадки. Машины выглядели основательно – такие берут не ради эффектного вида, а чтобы ехать дальше даже там, где дорога давно закончилась. Вещи быстро распределили и загрузили в оба багажника –чемоданов у нас собралось прилично.
Яр помог мне устроиться на заднем сиденье второго джипа, сел рядом, и когда дверь закрылась, холодный ветер и мужские голоса снаружи отсекло.
В салоне было тихо, и неожиданно тепло и уютно. Пахло кожей и едва уловимой древесной отдушкой – совсем не то, чего я ожидала от джипов, выглядевших снаружи почти по-армейски.
Мужчины только после того, как я оказалась в машине, слаженно распределились по местам. Я заметила что пока я не села пара мужчин продолжила внимательно следить за периметром. Хотя Яр и успел упомянуть, что это все – «родовые земли», чтобы то не значило – и что здесь я в безопасности.
Однако, судя по их поведению, даже на родовых землях расслабляться было не принято.
Я посмотрела в окно.
Тайга обступала аэродром живой, густой, бескрайней зелёной стеной – величественная, спокойная – она хранила в себе собственные древние тайны. И где-то там, за этим завораживающим морем хвои, меня ждал его дом.
Настоящий дом Яра.
И, возможно, моё будущее.