10-7
Вика
– Так вот почему… – тихо выдохнула я.
Отец Яра чуть приподнял бровь смоляную, несмотря на возраст.
– Ну, здравствуй, Виктория.
– Здра-вствуй, дядя Борис. – почти заикаясь проблеяла я.
Я застыла смотря на знакомое лицо. Этот человек не раз и не два за последние годы помогал мне, один раз он вовремя послал мне каких-то опытных наемников, чем спас мне жизнь. А второй раз предупредил о большой опасности, чем возможно спас её повторно.
Я уважала дядю Бориса не только за его помощь, но и за недюжий ум, как у гроссмейстера который просчитывает ходы наперед. Кое-чему он меня даже научил. Точнее учить меня у него не было ни времени ни возможности, но своими советами он подтолкнул меня в нужном направлении и я научилась многому сама. За что всегда была ему очень признательна. Ему, дяде Петру и моему редактору. Они втроем конечно не могли заметить мне родного отца, но каждый из них в своё время незаметно подставил плечо именно тогда, когда это было нужнее всего.
– Вы всё время казались мне знакомым. Не только внешне… хотя теперь и это очевидно. Взгляд, манера говорить, – я снова посмотрела на Яра, а потом на его отца. – Я просто не могла понять, кого вы мне напоминаете.
– Теперь поняла? – спросил дядя Борис.
Как тут не понять: дядя Борис был точной копией Яра.
«Нет, Вик, если соблюдать хронологию, копией всё-таки был Яр», – мысленно хмыкнула я.
Я ещё раз перевела взгляд с одного на другого. Теперь, когда они стояли рядом, сходство между ними стало настолько очевидным, что оставалось лишь удивляться, как я не заметила его раньше.
– Теперь, конечно. Сразу видно, что вы отец и сын.
В глубине его серых, глубокопосаженных глаз я заметила удовлетворение. Ему явно было приятно, что сын похож на него и, что я отметила это сходство.
Выходит, ничего человеческое не было чуждо даже этому мужчине – невероятно богатому и куда более влиятельному, чем я предполагала.
Отец и сын буквально сшибали с ног своей… хм, пожалуй, это можно назвать харизмой. Да и дядя Яра родственникам несильно уступал.
Высоченные, мощные широкоплечие, с той особенной мужской статью, которая чувствуется даже на расстоянии. Одним словам богатыри!
Яр пока ещё не успел обзавестись этой необъяснимой… монументальной тяжестью, которая ощущалась в обоих старших мужчинах. И дело было вовсе не в телосложении – тут Яр как раз превосходил и отца, и дядю. Нет. Речь шла о какой-то незримой силе, спокойной властности людей, рядом с которыми окружающие начинают прислушиваться к каждому их слову.
И это, похоже, было фамильной чертой мужчин их рода. Только взгляд у Борислава был тяжелее, чем у сына. Намного тяжелее.
Впрочем, в Яре, несмотря на его молодость в сравнении с отцом и дядей, я уже видела тоже качество – только пока в меньшей мере. Видимо, с годами эта сила лишь станет глубже и сильнее. И почему-то я почти не сомневалась: однажды Яр превзойдёт даже своего отца.
Да и привычка решать за окружающих, как им будет лучше, судя по всему, успела за эти тридцать лет окончательно укорениться в Бориславе. А в его сыне она уже только дала первые ростки.
Да-а-а… Таким, скорее всего, станет Яр лет через тридцать.
«Угу, – ответила себе мысленно. Яр и сейчас был молодой копией своего отца – к счастью, пока ещё не настолько суровой. И не лысой». – мысленно поиронизировала я, пытаясь вернуть себе самообладание.
Я переводила взгляд с Яра на его отца, невольно сравнивая.
Та же форма головы, тот же подбородок, одинаковый разрез глаз. Правда, у отца Яра они были тёмно-серыми. Но даже смотрели отец и сын похоже, чуть наклоняя голову к плечу, словно молча оценивали собеседника и решали, заслуживает ли тот дальнейшего внимания.
В лице Зорана тоже безошибочно угадывались фамильные черты, только более мягкие, не такие резкие, как у брата и племянника. Судя по всему, он был моложе Борислава и заметно уступал ему и Яру в габаритах, хотя и сам оставался высоким, атлетически сложенным мужчиной. Как и брат, Зоран носил короткую бороду, уже слегка тронутую сединой.