«Боже, я вообще нормальная? Похоже меня всё ещё это возбуждает».
-Пойдем, Вика, нас ждёт машина, - Яр сказал это негромко, но в его голосе звенела сталь, и я непроизвольно сделала глубокий вдох.
-Конечно, - ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, и шагнула вперёд, проходя мимо обоих таможенников, ощущая спиной, как их взгляды ещё на миг задерживаются на мне, а потом они резко пропадают.
Тот же Мерседес ждал нас у выхода. Услужливый водитель распахнул передо мной дверь, а потом уложил наши вещи в багажник. Яр расположился на широком удобном сиденье рядом со мной и всю дорогу до отеля мы молчали. На языке крутилось сотни вопросов, но я не рисковала спрашивать о чём-либо. Раз Яр молчит, значит, стоит подождать пока мы не останемся наедине.
Поэтому всю поездку я смотрела в окно и любовалась видами.
Сложно поверить, что ещё вчера я была на старом, заброшенном аэродроме. А сегодня я очутилась в центре европейской моды. Хотя парижане бы со мной не согласились, но я всегда считала именно Италию столицей моды, а работа в журнале мод только укрепила меня в этом мнении.
В роскошном лобби отеля нас встретили как дорогих гостей. И я подумала, что неспроста. Похоже кто-то заранее предупредил персонал о нашем приезде. А раз Яр от меня далеко не отходил, не расслаблялся ни на минуту, защищал, следил за обстановкой. Значит, в отель звонил кто-то, кто с ним связан. Интересно кто это? То же член их загадочного Рода?
Честно говоря, я ещё не поняла для себя как мне к этому всему относится. С одной стороны, было сложно в такое поверить. Род… в двадцать первом веке? Я скорее поверю в мафию или в секту, чем в то, что некая «семья» действительно обладает таким могуществом, что может защитить меня от неизвестного, но явно непростого заказчика с серьёзными связями. Причем не просто защитить, но и напугать одним своим именем.
В то же время я знала Яра, и была уверена, что он не тот человек, кто будет лгать.
Пусть, как выяснилось, я не знала о нём много деталей, например, о его работе, семье, знании языков... Но, несмотря ни на что, его суть, то какой он человек на самом деле – я знала. Иногда мне казалось, что чувствую его на каком-то глубинном уровне, интуитивно понимаю почему он говорит так, а не иначе, и поступает так, как поступает.
Да, он может не договаривать, умалчивать о важных вещах, считая, что так он меня «защищает», но в открытую солгать прямо в лицо – нет, никогда.
Я качнула головой, отмахиваясь от собственных мыслей.
«Не о том ты сейчас думаешь, Вика. Не о том. Есть и более насущные проблемы. Выживание, к примеру».
Нам вручили две карты от номера, и мы направились следом за вежливым швейцаром, который покатил позолоченную тележку с нашими вещами в сторону лифтов.
Один из администраторов, который также поднялся с нами, открыл дверь своей ключ-картой и приветственно махнул рукой. Яр пропустил меня первой, как делал всегда, пожалуй, за исключением лифтов.
Президентский люкс предстал передо мной во всем своём великолепии. При этом это был не кричащий шик, а выдержанная элегантность. Я чуть не ахнула, оглядываясь вокруг – роскошная, просторная гостиная с панорамными окнами, изысканная мебель, обитая текстилем молочного оттенка, мягкий свет настольных ламп, картина в стиле импрессионистов на стене, и огромная, хрустальная люстра.
Последним в номер вошёл швейцар с нашими вещами. Яр дал ему чаевые, и он, поблагодарив, ушел. Я это отметила краем глаза, почти машинально, потому что в это время слушала администратора, который вдохновенно расписывал удобства номера и отеля.
- Потэте эссэрэ либери. Иль рэсто ло спьегэро ио а мия молье6. [Вы можете быть свободны. Остальное я расскажу жене сам].
Яр снова что-то сказал по-итальянски, что я не понимала. Следует признать, что меня это раздражало. Я-то привыкла, что я знаю языки и свободно могу общаться в большей части мира. А тут – такая не задача.
Администратор коротко поклонился, без подобострастия, но с выраженным уважением, и с поклоном удалился. А Яр закрыл за ним дверь, и повернул отдельный замок. Потом молча, неторопливо, обошёл гостиную - так, что в каждом шаге читалась уверенность хозяина.
Наблюдая за ним, я отметила, что несмотря на запылившиеся штаны и ботинки, Яр вёл себя также, как всегда - как человек, привыкший командовать.