- I am most honored to receive such a gracious compliment from a signorina as charming as yourself. [Мне чрезвычайно приятно услышать такое высокое мнение от такой прелестной сеньорины].
Яр едва слышно скрипнул зубами, а итальянец улыбнулся ещё шире, демонстрируя превосходную работу своего дантиста.
Позёр.
Улыбка осталась на месте. Как будто ничего не произошло. Надеюсь, получалось очаровательно. И желание убить сидящего рядом со мной мужчину не отразилось на моем лице.
А всё дело в том, что Яр, не отрывая тяжелого взгляда от итальянца, показательно переплел наши пальцы.
«Ага, вот это сейчас, судя по всему, была демонстрация собственности. Похоже Яр увидел в итальянце соперника. И, не теряя времени, обозначил границы».
Я почувствовала новую волну злости и впилась ногтями в ладонь Яра, но тот даже не дёрнулся.
-Would you grant me the honor of this dance, my lady? [Вы окажете мне честь потанцевать с вами, моя леди?] – поинтересовался темноволосый красавец и чуть насмешливой искрой в глазах.
Итальянцу не откажешь в обаянии, однако как бы он ни был хорош собой, его привлекательность ни в какое сравнение не шла с раздражающим мужчиной, который держал меня за руку. Привлекательность Яра была не в правильных чертах и безупречных манерах, а в тяжёлом, хищном взгляде, в чуть заметной хрипотце голоса, в умении войти в помещение так, что воздух начинал вибрировать. В его остром уме, силе характера и чувстве юмора…
И тут как гром среди ясного неба раздался голос, о котором я только что думала с восхищением. Черт возьми!
- She doesn’t dance with anyone else. Only with me. Always. [Она не танцует. Ни с кем, кроме меня. И так будет всегда].
Только я подумала о нём хоть что-то хорошее! Кусок идиотки! Он высокомерный, самовлюбленный нарцисс с диктаторскими замашками! Что он о себе возомнил?
Во мне вспыхнула злая решимость.
Я плавно сняла ногу, отвлекая обоих мужчин (и мысленно усмехнулась, подумав: как же ими легко манипулировать) и в то же время вытащила руку из ослабшей хватки Яра.
-Дорогой, а я бы потанцевала, - сделала вид, что всё происходящее меня забавляет, ответила по-русски и с провокационной улыбкой смерила взглядом Яра, уверенного, что ему всё сойдёт с рук. В это же время представляя как выскажу этому наглецу всё, что я думаю о его вопиющем поведении. Как только мы останемся одни.
-Но, если ты не хочешь… - протянула я с ласковой улыбкой, глядя Яру в глаза. -Уверенна, что этот воспитанный сеньор мне не откажет. – мягко сказала я, одарив «сеньора» самым своим чарующим взглядом.
От Яра как от печки полыхнуло такой яростью, что я чуть не задохнулась. И поймала себя на мысли, что весь этот спектакль начал мне отчаянно нравиться.
Итальянец, похоже, тоже почувствовал, что случайно вступил на минное поле, но с достойным восхищения самообладанием продолжил улыбаться, правда, уже чуть менее лучезарно.
-Сеньорина?
-Ио э ла миа фиданца́та баллере́мо, сэ перме́тти. Гра́цие, Ма́рко, пер ун суджерименто кози раффина́то - чи ай испира́ти. [Мы с моей невестой, пожалуй, потанцуем. Спасибо, Марко, за столь изящный намёк - ты вдохновил нас]. – сухо, с обострившейся хрипотцой в голосе, ответил Яр. И, глядя в глаза итальянцу, одним слитным движением поднялся с дивана, оказавшись выше почти на голову.
Потом повернулся ко мне, и буравя меня тяжёлым взглядом, протянул руку, без слов предлагая последовать за ним.
Еле сдержалась, и прикусила губу, чтобы не расхохотаться вслух.
Ревнивый, как и раньше. Но меня и в прошлом это не пугало, а сейчас тем более.
Вложила свою ладонь в его, и с прощальной улыбкой посмотрела на итальянца.
Марко Савойя. Запомню. И при случае напомню Яру.
Угу, когда он меня разозлит.
Марко ничего не оставалось как сделать хорошую мину при плохой игре, и удалиться.
На танцполе, где помимо нас оказалось несколько колоритных парочек, Яр притянул меня к себе, на грани приличий прижав меня к своему телу.
-Ты меня соблазняешь, Яр? – промурлыкала я, глядя ему прямо в глаза.
Он рассмеялся негромко, с тем самым хищным, безжалостным оттенком, от которого у меня всегда перехватило дыхание и подгибались колени.