Но нет… Её глаза блестели.
-С тобой я словно на краю - теряю себя, сгораю, падаю в пропасть, и всё равно хочу ещё, - хрипло признался и опустился перед ней на колени.
Из-под чуть опущенных ресниц она наблюдала за мной.
-Яр… - выкрикнула она, когда я сдвинул ткань и прикоснулся губами к её естеству. Я целовал жадно, наслаждаясь её откровенными стонами. Пальцами раздвинул нежные губки, сжал губами клитор, чуть посасывая, потом приотпуская, и снова посасывая.
Вика запустила свои тонкие пальчики в мои волосы, словно придерживая меня, и это чертовки возбуждало.
Почувствовав, как у моей ведьмочки подогнулись ноги, я резко поднялся, подхватил её за талию и усадил на мраморную столешницу. Широкая, холодная поверхность с встроенной раковиной оказалась на идеальной высоте - ровно на уровне моих бёдер. Удобно.
Первым делом я стянул с неё трусики, чуть не запутался тканью о шпильки, вызвав у неё нервное хихикание, которое, однако, скоро стихло. Когда я, не разрывая зрительного контакта, прижал маленький комочек к лицу, жадно, глубоко вдыхая её женственный запах.
Её зрачки расширились, почти затопив радужку. Вика судорожно втянула в себя воздух. Она прижала зубками нижнюю губу, щеки её пылали от смущения, но взгляд она от меня не прятала.
-Вика, ты идеальная… - признался я сипло, пряча трусики во внутренний карман пиджака.
Ладонью я обхватил её затылок и жадно впился в губы. Поцелуй был жестким, требовательным - в нём кипела вся моя страсть, отголоски ревности, безумное желание обладать её полностью. Вторая рука уже нырнула под вырез её платья, обхватил нежную округлость груди, дразня большим пальцем сосок. Он мгновенно затвердел, будто ждал именно этого.
У моей будущей жены очень чувствительная грудь, о чём я никогда не забывал.
Я чувствовал, как она отвечает, как её дыхание сбивается, как дрожит каждый нерв.
-Яр… - летевший с её губ стон прервал её на полуслове, и Вика инстинктивно выгнулась ко мне, словно сама просила большего.
Я оторвался от её губ, опускаясь к шее, чуть прикусывая нежную кожу у основания - и в этот момент моя ладонь снова сжала грудь, теперь уже грубее. Она застонала вслух, без стеснения, и её ноги обвили мои бёдра, прижимая мой член к своему лону.
Не разрывая поцелуя, я расстегнул ремень, молнию на брюках, когда Вика забрала у меня инициативу. Она решительно высвободила мой член и чуть его сжала в своей нежной ладони – это было так ох**нно сладко, что из моей гортани вырвался приглушенный рык.
Вика опустила взгляд вниз, лаская меня, и наблюдая как я со стоном прикрыл глаза. Не давая мне перехватить контроль, она схватила со столешницы презерватив, который я успел достать, и так сексуально раскатала его по моей длине, что это было практически пыткой. Сладкой, чрезвычайно приятной пыткой.
Как будто её было мало лишить меня воли, эта соблазнительница решила окончательно свести меня с ума – сама, своей нежной ручкой, направила мой член ко входу и прижала к своему естеству, призывно вильнув бедрами.
-О Боги! Я в раю, - прохрипел я и резко вошёл, наполняя собой, жадно целуя её губы, показывая языком всё тоже, что проделывал внутри её горячего влагалища своим членом.
Вика гортанно стонала мне в губы, коготки с силой впились в шею.
Отрывистыми, мощными движениями бедер, я принялся вколачиваться в её тесное и такое желанное тело. Видел в зеркальном отражении как исказились моё лицо от страсти, перешедшей в похоть. Вика закатила глаза, её щёки окрасились румянцем, а губы приоткрылись в прерывистом выдохе.
Ярость и страсть в нас слились в единый, неудержимый поток, и всё, что существовало в этот момент - это она. Горячая, дрожащая, сводящая меня с ума. И я не собирался останавливаться.
Насаживал Вику на себя, жёстко, без нежности как было первый раз, без слов показывая свою потребность в ней – в её близости, в её ласке и в её принятии меня таким, как есть. Мне нужно было прочувствовать её дрожь, услышать, как сбивается её дыхание от моей близости. Хотел раствориться в этом моменте и в ней. Так я мог быть уверен, что она со мной. Что она - моя.
Пенис без устали проникал во влажную бархатную глубину её тела, я подхватил Вику на руки, и она, обвив меня ногами, положила руки на плечи, продолжая со всей страстью отвечать на мой поцелуй. При всем своём высоком для женщины росте, для меня Вика была легкой как перышко, и я без особого труда продолжал трахать её, держа на весу, приподнимая за бедра, и насаживая на себя. При этом пенис входил в податливое женское тело под таким углом, что Вика начала не просто стонать, а выдыхать моё имя, срываясь на полустоны, будто каждое движение отзывалось в ней миллионом искр. Её руки держали мои плечи, слегка царапая коготками, а глаза затуманенные, пьяные от удовольствия, смотрели прямо в душу.