- Ведь ни один из этих павлинов тебе на хер не нужен, но полагаю это повышает самооценку!
Я ничего не стала отрицать. Тем более не стану с ним спорить и объяснять как всё обстоит на самом деле. Зачем? Если этот баран уже упёрся своими рогами в ворота, то, чтобы его развернуть в другую сторону, нужно ну о-очень постараться.
Раньше бы я подлетела к нему, обняла, поцеловала и стала доказывать, что только он мне нужен, только его внимание важно для меня.
А теперь я стала той, кто знает себе цену – и не расплачивается нервами за чужие загоны.
– Безусловно, именно это и было моей целью. – согласилась, мягко ему улыбаясь.
Пусть считает меня холодной и циничной стервой, раз он до сих пор не способен разглядеть очевидного – моего истинного к нему отношения и того факта, что я изменилась, научилась жить без него. И, что хуже всего для его эго, справлялась вполне успешно. И если он не осознает, что я больше не та наивная девочка, которая будет перед ним оправдываться за каждый взгляд в мою сторону – то, значит, ему не по пути со мной. Его место останется в прошлом. Там, где всё осталось недосказанным.
– Твоей целью. – повторил за мной Яр и резко остановился. Впился в меня взглядом. Смотрел как тигр не мигая. У любого другого человека от вида здоровенного, мускулистого мужика на таком взводе затроило бы сердце, но я чувствовала разве что злость и желание постучать ему по голове. Желательно чем-нибудь тяжелым. В идеале чугунной сковородкой!
– Конечно, Яр. Ты же как всегда прав! Ты не можешь ошибаться, верно?
Яр словно большая тень сделал резкое, скользящее движение в мою сторону и навис над моим креслом.
– Ты могла послать их на х**… – жёстко проговорил он, словно выплевывая слова. И спустя секунду добавил: –…вежливо.
И тут меня прорвало. Я расхохоталась. Громко, весело и одновременно зло.
– Тебе смешно, как я вижу!
Я нарочито медленно, почти с артистизмом, вытерла слёзы от смеха, стараясь не задеть тушь.
– Вежливо послать на х**! Как ты вообще себе это представляешь, Яр?
– Да мне по х** как! – взревел он. – Но, зная тебя, не сомневаюсь: если бы ты хотела, то придумала бы самый оху***льно - элегантный способ.
– Ну так что же ты сам этого не сделал, м? Центр мировой оперы? Изысканное общество? Влиятельные люди? Тебя, дорогой мой, раньше ничего бы не остановило. А сейчас ты почему-то обвиняешь меня! Хотя именно ты потащил меня туда, зная, что мы явно будет в театре не одни!
– Я не мог. – процедил Яр сквозь зубы. – Наш мир подчиняется определенным традициям. Ты пока их не знаешь, но быстро научишься. Если бы я вместо тебя посылал бы их в пешее эротическое, то показал бы всем, что не доверяю своей избраннице.
Я удивленно вздернула бровь смотря на него. Нарастало ощущение, что я, сама того не зная, стала частью какой-то фантасмагории с элементами водевиля.
– Постой-постой… То есть… понимание, что ты своей вот этой… - я выразительно покрутила рукой, пытаясь подобрать приличные слова. Мне нужно было хотя бы пару секунд, чтобы не сорваться, как Яр, и не перейти на ненормативную лексику.
– …вот этой реакцией демонстрируешь недоверие ко мне у тебя всё-таки есть! А вот осознания, что это - полный неадекват и нужно что-то с этим делать – получается нет?!
– Получается, что нет, Вика! – взорвался он. – Потому что когда ты стоишь передо мной в этом охрененном красном платье… с этим своим игривым взглядом, улыбкой, соблазнительной фигурой и вокруг тебя вертятся эти недоноски, то у меня внутри всё скручивается в грёбаный узел. И тогда… инстинкты бегут впереди меня.
– Как удобно всё списывать на инстинкты! Но проблема-то в другом… Ты ревнуешь потому что ты до сих пор не знаешь меня. Ты видишь только обёртку. Красное платье, губы, взгляд. А то, что у меня внутри, – тебе либо неинтересно, либо ты просто не пытался это увидеть.
Он открыл рот, но я не дала вставить ни слова – накатила волна.
– Ты считаешь, что это моё самолюбие? Что это я жажду внимания? Тебе проще подозревать и обвинять меня, чем признать, что именно ты в наших отношениях всегда был тем, кто обманывал, кто постоянно умалчивал правду о себе, о своей семье, о своих целях в жизни… Да обо всем!