– …Ты точно в порядке? – спросила Эмили, когда мы сели за столик. В её взгляде читалось напряжение: не тревожное, а скорее сосредоточенное. Она всё поняла. Или почти всё.
– Да. Просто… время поджимает. – Я быстро осмотрела зал: всё казалось спокойно.
– Ты принесла ноут и кардридер к microSD?
– Конечно! Как ты и просила. – ответила Эмили, доставая из рюкзака тонкий ноутбук и маленький картридер в пластиковом футляре. – Но у меня один вопрос, Вика. Насколько всё серьёзно?
– Мне нужно посмотреть, что на носителе. Мне его передал мой информатор, а потом его подстрелили.
Эмили вздрогнула и накрыла мою руку своей – молча, без вопросов.
– Скажи, если тебе нужно помощь, защита… что угодно. Я… – Эмили на секунду сбилась, смутившись, и отвела взгляд, будто боялась сказать лишнее, – У меня есть знакомый кто сможет помочь.
Её слова меня зацепили, но выяснять что-либо у подруги было некогда – каждая минута дорога. Даже не представляю, что может предпринять Яр, если вернется и обнаружит, что меня нет в номере.
– Спасибо, Милли, не стоит. Я даже не знаю, что там за информация. Может, ерунда, и всё не так опасно.
– Конечно. И подстрелили его случайно. – скептически заметила подруга.
– Могла быть и другая причина. У таких людей много врагов. – отмахнулась я, хотя сама понимала: сомнительно. Такой человек как Шумлов, опытный бандит, который много лет в «бизнесе, и держит свою часть трафика в железном кулаке, не стал бы рисковать жизнью ради пустяка. Если он передал мне этот носитель, значит, там действительно что-то важное. И опасное.
Подруга нахмурилась, смерила меня взглядом. Она видела меня насквозь. И мое спокойное лицо её не обманывало.
– Я скоро вернусь. – сказала я, вспомнив о времени. Резко встала со стула, отчего ножки громко скрипнули по полу. Под удивленным взглядом подруги шустро сграбастала со стола принесенные ей вещи и направилась в сторону местного вотерклозет.
Крохотная кабинка в глубине, глянцевая плитка кабанчик, приглушенный свет. Я закрыла за собой дверь, села на крышку унитаза и достала ноутбук. Сердце билось как сумасшедшее. Ладони были влажными от волнения.
«Соберись, Вика. Это просто флешка. Просто информация. Новые факты для расследования. Ты с этим уже сто раз имела дело».
Хотя кого я обманываю? Может быть, всё бы и было так, пока я не услышала от Шумлова пароль.
Раскрыла кулон, висевший на цепочке, вытащила microSD такой маленький, что его легко было бы потерять, просто чихнув. На нём, как я надеялась, были ответы… или хотя бы новые зацепки.
Вставила носитель в паз в кардридере и ноут сразу его увидел. Открываю папку. Только два файла. Зашифрованный архив. Название – бессмысленный набор цифр. Я кликнула на него на экране высветился запрос пароля.
Пароль…
Перед мысленным взглядом всплыло белое как снег лицо Шумлова и его глухой шепот:
«Кадик… и дата».
Мои пальцы задрожали.
Пришло время узнать правду. Ту, что я намеренно отодвигала в дальний угол сознания, боясь признать её вслух.
Кадик… это очень необычное слово. Очень.
Я слышала его лишь от одного человека.
Своего отца.
Его звали Аркадий. Ласковое прозвище «Кадик» прижилось ещё в детстве: будучи малышом, он не мог чётко выговорить своё имя, и когда его спрашивали, как тебя зовут отвечал: «Кадик». Так в кругу семьи папа, как самого младшего, стали звать Кадиком. В том числе так его звал брат. Они, по словам папы, были очень близки.
Старший брат, что после смерти родителей забрал его из приюта – всего на семь лет старше, только вернулся из Афганистана – и всё же забрал, не оставил. Но дядя умер ещё до моего рождения и даже до свадьбы родителей. Якобы погиб на задании и его даже наградили каким-то орденом. Посмертно.
Я хмыкнула, невесело.
Никогда не расспрашивала папу, где служил дядя. Но после тех последних слов Шумлова у меня появились подозрения.
Я набрала на клавиатуре: Кадик и дату рождения папы.
Первую комбинацию, о которой подумала. Не подошло. Вторую – поменяла раскладку на другой язык. Тоже мимо.