Я знал: этот ублюдок заговорит – вопрос лишь в том, как быстро. Я с острым вниманием вчитался в досье.
«Сорок два года, уоррент-офицер 2-го класса, травмы… так… семейное положение: холост, … Вот оно!»
Я ухмыльнулся и моя рука опустилась жёстко на его плечо – с точным давлением на нерв рядом с ключицей. Не ломая, не калеча – просто напоминая, кто в этой комнате главный хищник. Хьюз сначала пытался держать лицо, но я видел, как его перекосило: тело дёрнулось, челюсть свело, пальцы вцепились в подлокотники. В тот момент, когда боль прошлась по нему, как молния, я наклонился ближе и вкрадчиво произнёс, глядя в затуманенные от боли глаза:
– But that’s not the part that matters most [Но главное не это] …
Я недолго помолчал, пристально наблюдая за его реакцией.
– What matters is your twenty-year-old daughter. [А твоя дочь двадцати лет].
И вот тут-то выдержка ему изменила.
Одно дело когда угрожают тебе, за годы в горячих точках, а потом наемником, она наверняка к такому привык. И совсем другое когда угрожают людям, которых любишь.
– Where did you get that? How the hell do you know?! [Откуда у тебя эта информация? Какого чёрта ты это знаешь?!]
– Don’t you dare… [Не смей], – голос сорвался на полтона ниже. – She has nothing to do with this [Она ни при чём].
Я не стал спорить, говоря, что и Вика «тут не причем», она не сделала никому ничего плохого. И тем не мене этот «любящий папаша», сволочь ёб**** готов был её убить. Зачем? Да ради денег. Сраных б***ь денег. Судя по досье, которое я держал в руках, сам Хьюз жил скромно, в небольшой съёмной квартире в Манчестере. А деньги, и немалые, заработанные «непосильным трудом» он исправно копил на банковском счете, открытым для своей дочери.
А может и мою мать убил вот такой же наёмник, который в обычной жизнь возможно тоже был просто отцом, который хотел позаботится о своих детях, обеспечив им лучшую жизнь. И ни тот, ни этот не думали, что лишают кого-то матери. От этой болезненных воспоминаний и понимания, что Вика могла повторить судьбу мамы, я готов был вцепится в горло этой мрази.
Всё мое тело напряглось как перед броском. И я с трудом удержал себя на месте, потому что сейчас мне нужна была не его смерть, а информация. Если я сорвусь и убью его, как того требует каждая клетка моего тела, я ничего не узнаю – а значит, оставлю Вику под ударом. Ведь я прекрасно знал, что современное оружие и оптика позволяют снять цель на большом расстоянии. Профессиональный снайпер, засевший где-то на чердаке или крыше здания, имеет реальный шанс убить Вику.
– Your daughter’s name is Jayne, isn’t it, Michael? [Твою дочь зовут её Джейн не так ли, Майкл?]
Шантажировать близкими я терпеть не мог, предпочитая действовать прямым, силовым методом. И уверен, что этот Майкл, бывший военный, тоже предпочел бы второй способ. Но вот в чём штука – времени у меня на это не было. Сейчас на кону стояла жизнь Вики, и любые методы, в том числе угроза в адрес единственной дочери киллера – самый быстрый способ достичь цели.
– Jayne’s at St Andrews, isn’t she? That’s where your Crown Prince and his wife studied too, isn’t it? Aiming high, are you? [Джейн учится в Сент-Эндрюсский университете. Там также учился наследник вашего престола и его жена, не так ли? Высоко метишь?]
– How long do you think Jayne’d last if this file… [Как думаешь насколько долго она проживет, если это досье]… – я потряс папкой перед его лицом, – gets leaked online? [мы сольем в интернет?]
И тут Хьюз сломался.
Он рассказал всё.
Работать киллером он решился ради дочери. Хотел дать ей то, чего не было у него самого. Оплатил обучение в престижном вузе, чтобы дать ей старт и обеспечить хорошую жизнь. Военной пенсии на это бы никогда не хватило. Поэтому, когда к нему подошел бывший сослуживец и предложил работу, он немного поколебавший всё-таки согласился. Платили много. Слишком много, чтобы отказаться.
Формально Хьюз числился сотрудником частной военной компании. Так считали его знакомые, включая дочь. А семь лет назад он для всех «погиб». На самом деле – исчез, сменил имя, получил новые документы, даже сделал несколько лет назад пластическую операцию. И вот после этого ушёл из наёмников в киллеры.
Возможно начал он с этого, старался разжалобить меня, чтобы я не выполнил свою угрозу и его дочь осталась в живых. Потому что у любого киллера достаточный список из тех, кто захочет ему отомстить. Не говоря. Да сама по себе информация ещё не доказательство. Но ее проверкой займутся и вот тогда уже о бывших нанимателей, у которых из-за обнародования этой информацию тоже начнутся серьёзные проблемы.