— Мне нужно купить все продукты.
Усмехаюсь. Отхожу, чтобы Риша смогла пройти вперед. Опять выступаю сопровождающим. Рассматриваю походку.
Волкова напряжена. Возле отдела с овощами останавливается.
— Можешь идти рядом?
— Могу.
Шагаем вровень. Жаль, что теперь я не могу любоваться видом сзади.
Помогаю собрать в пакеты картошку, капусту, морковь и гору других овощей. Кажется, Арина намеревается скупить все продукты.
— Намечается конец света, а я не в курсе?
Тяжесть корзинки удивляет. Как она собиралась тащить это на себе?
— Я покупаю на неделю.
— Армию кормить будешь?
— Нет.
На двоих много. Уж я-то в курсе, какая норма по подсчету калорий. Кроме себя, Волкова еще кого-то решила прикормить. Хмурюсь, пока стоим на кассе.
Подкипаю.
Не тупой. Понимаю, кто появится в гостях, и думаю, как предотвратить катастрофу. Мирных путей не находится.
После торгового центра с сжатыми челюстями везу Волкову в больницу. Ей повторяют то же самое, что говорили мне. Уходит в упадническом настроении.
Я тоже не стреляю радостью.
В машине вижу, что она заходит в чат и долго с кем-то переписывается.
Хоть шпиона ей в гаджет устанавливай!
Замечая мои косые взгляды, убирает телефон в карман.
Без слов заношу пакеты в квартиру после молчаливой поездки по городу.
Напряжение между нами крепчает, и это не тот вариант, который бы мне зашел. Противоположный.
— Спасибо за помощь, — стреляет глазами на дверь, когда заношу пакеты в кухню.
Дожил. Меня мягко посылают.
— Чаем угостишь?
Нагло сажусь на стул.
Волкова удивленно округляет глаза, но нажимает на кнопку, включая чайник.
— Ты и тут будешь за мной присматривать? — стягивает с себя куртку, закрываясь ей, как щитом.
Пожимаю плечами. Не говорить же, что я готов спать на коврике возле ее кровати.
— Влад, правда. Папа перебарщивает с опекой.
— Уверена?
— Да.
— А я с ним согласен.
Вздыхает. Глазки выражают эмоции, которые она не показывает.
Ничего.
Ты еще рада будешь моему присутствию.
— Есть причина, по которой ты хочешь меня выпроводить?
— Да.
— И какая?
Арина открывает рот, но вместо ее слов мы слышим противную трель дверного звонка. Поднимаюсь, перекрывая путь Волковой.
— Я открою.
6. Страйк
Влад
Меня никогда так не бесили люди, особенно парни.
Обычно раздражение вызывают девочки-прилипалы или недалекие мужики, которые теряют забрало и нарываются на неприятности.
Петя открывает новую группу – ухажеры Арины Волковой.
Стоит за дверью и вопросительно смотрит в глаза. Риша пытается протиснуться под моей рукой.
— Привет, я же сказала, не надо приезжать.
Произносит таким тоном, словно ее родаки застукали за интимом с гребаным Колещенко!
— Беспокоился. Думал, ты одна.
Предъява и давление на гниль. Бывает и сам так нарываюсь на секс под чаек или кофеек. Схема заезжена и не нова, увы. От осознания, что с Ариной кто-то сделает так же, не просто кроет, а разрывает. Мотор начинает маслать на высокой скорости. Лицо припекает. Кулаки сжимаются на автомате. Волкова наконец-то успокаивается и не пытается сдвинуть меня с места.
Пыхтит за спиной, скрестив руки на груди. Маленькая боевая единица, которая непременно ужалит, как только Петруцио свалит с горизонта.
— А она не одна.
— Я заметил, — руку уже не протягивает, понимая мой взгляд и посыл.
Это тебе, Петенька, не больничка, где меня застали врасплох. Теперь весь арсенал в полной готовности. Крепость не взять штурмом.
— Арин, я тебе тортик принес, — протягивает коробку с бантом.
Усмехаюсь. Кто-то надеялся на продолжение и точно не за столом с чашкой в руке.
Забирает подношение под моим локтем. Пыхтит.
Ничего, потом еще спасибо скажет за то, что я вовремя опомнился.
— Спасибо.
Вот только не размякни, Волкова.
— Может, попьешь чай… с нами?
Размякла…
И ее вот это «с нами» звучит тихо, словно я пустое место, которое, какого-то хера, решило поиграть в доблестного рыцаря.
Продолжаю держать лицо, вопросительно поигрывая бровями перед Колещенко. Тот прищуривается, оценивая ситуацию, и, конечно же, шагает вперед.
Толкает плечом, оттесняя меня в сторону.
Ничего.
Наедине вы теперь не останетесь.
Втроем вваливаемся в кухню. Пространства для маневров мало. Присаживаюсь на стул. Петруцио устраивается с другой стороны. Дружно пялимся на Арину, которая, не обращая на нас внимания, начинает возиться с кружками и коробкой. Аккуратно открывает, нарезает на торт на кусочки и даже укладывает на блюдца. Моя девочка должна жить в семье аристократов где-то на территории Англии, а не среди морозной Сибири. Засматриваюсь на ее пальцы, испачканные в креме.