– Милорд, – шут иронично хмыкнул, – я понимаю, выбор вашего отца обязывает вас уважать его избранницу, но неужели вы не видите, что она косолапа, косоглаза и вообще страшна?
– Она? – ахнул Джон, не сумев скрыть изумления. – Она косоглаза и страшна? Вы смеётесь, милейший. Это, конечно, ваш хлеб, но зачем уж так-то наговаривать? Кстати, вы хотели видеть отца, вон он с ней идёт вдоль стартовой дорожки. И если сейчас вы мне скажете, что она неуклюжа, то я первый посмеюсь над вашей шуткой.
– Он идёт с ней?
– А с кем? Вы считаете, он мог её платье надеть на кого-то ещё?
– Если бы не ваши слова, я бы именно так и подумал. Извините, оставлю вас. Хочу всё же с вашим отцом поговорить, он, говорят, сегодня все ставки выиграл.
– То не удивительно, когда он с ней рядом, ему везёт. Всего доброго, милейший.
***
Миранда на тренировочной дорожке после последнего заезда осматривала ещё одного приглянувшегося ей жеребца, которого был не против купить герцог. Жеребец был смешанных кровей, и ей никак не удавалось понять, как могут сыграть эти линии в генофонде будущих потомков. И стоит вообще его брать или нет, поскольку цену за него запрашивали немалую.
– Милорд, жеребец неплох, конечно, но прежде чем своё окончательное мнение высказать, позвольте, я проедусь на нём? – повернулась она к герцогу.
– Пожалуйста, я не против, покатайтесь, раз вам того хочется, миледи, – ответил тот.
Благодарно улыбнувшись ему, Миранда взяла повод из рук конюха и взлетела в седло. Погоняв коня сначала по кругу, она заставила его несколько раз сменить темп, потом принялась выписывать на нем замысловатые фигуры, затем вообще подняла коня на дыбы, после чего, спрыгнув, подошла к герцогу:
– За потомков не ручаюсь, милорд, хотя один или пара неплохих жеребят получиться могут, а вот как верховой конь великолепен. Я бы взяла на вашем месте, но решать вам.
– Значит, возьму, – кивнул ей герцог и повернулся к продавцу. – Пойдёмте купчую оформим.
Именно в этот момент к ним подошёл шут короля.
– Здравствовать вам долгие века, Ваши Светлости, могу отвлечь парой вопросов?
– Что надо, милейший? – герцог неприязненно поморщился.
Миранда тем временем отошла чуть в сторону, досадуя на себя, что не заметила раньше королевского приспешника, который, судя по всему, давно наблюдал за ними и теперь уже не имеет никакого смысла внешне изображать из себя сельскую недотёпу.
– Говорят, вам Ваша Светлость, везёт сегодня несказанно, может, подарите монетку от щедрот на раззавод?
– Держи, – герцог достал из кармана серебряную монету и дал шуту.
– Премного благодарствую, Ваша Светлость, вы несказанно щедры. Пусть удача и дальше осеняет вас крылом, а богатство валит в дом. Деток вам с новой супружницей вашей здоровеньких побольше, да урожай на землях побогаче.
– Довольно, довольно пожеланий, – останавливая его, поднял руку герцог. – На этом всё или ещё в чём нужда есть?
– В чём может быть нужда у бедного шута, коль есть монета на кусок пирога? Лишь в пожелании, чтобы их было два, – он подпрыгнул и весело рассмеялся.
– На ещё и иди, – герцог протянул ему ещё монету и, махнув рукой, пошёл вместе с продавцом к выходу.
А шут тем временем подошёл к Миранде.
– Мне врут мои глаза или я вас видел раньше, Ваша Светлость?
– Э-э-э… Ну как вам сказать, может, и видали когда, – пожала плечами она, – а вы кто, собственно?
– Вы не заметили меня в свите короля?
– Да я вообще там ничего и никого не видала, – хмыкнула она, – мне как муж сказал, что к королю идём, так прям в глазах потемнело враз, и не видала больше ничего… А вы помощник, что ль, его какой?
– Можно сказать и так, – шут польщённо улыбнулся, – только задери меня коза, готов поклясться, что видел вас раньше.
– Ну так там и видали… Сами же говорите… И сами зачем-то о том же спрашиваете. Вы запутали меня вконец. Что надобно-то вам, милостивый государь?
– Вы пять минут назад говорили совсем по-другому, Ваша Светлость. Позвольте полюбопытствовать, с чего стиль разговора сменили?
– Я? Стиль? О чём вы? Вы решили меня окончательно запутать? Можете по-простому сказать, что надобно-то вам?
– Лишь одно, понять, где мы с вами встречались и с чего вы так настойчиво сельской дурой передо мной прикидываетесь?
– Вы оскорбить меня решили? Так права у вас такого нет! Вот муж придёт, пожалуюсь ему.
– Ваша Светлость, я шут короля. И на мои оскорбления все лишь посмеются.