– Милорд, – встав и отжав рукой мокрые растрепавшиеся и спутавшиеся от столь бесцеремонного обращения волосы, вступила в разговор Миранда, – вам не кажется, что вы превышаете свои полномочия? На время отсутствия брата хозяйка здесь я. И я не просила вас о помощи и не намерена предлагать остаться.
– Вам лучше помолчать, миледи. В свете вашей недееспособности ваше мнение я вообще не считаю значимым, – даже не повернувшись к ней, раздражённо бросил он через плечо.
– Для вас оно, может быть, абсолютно незначимым в каком угодно другом месте, но не здесь. Тут вотчина не ваша, а моего брата, соответственно, и порядки устанавливает он. Исходя из них, моё слово в его отсутствие является определяющим. И пока у вас на руках нет его приглашения, будьте любезны покинуть его территорию! Причём немедленно! Лео, отправь милорда на лодке туда, откуда он приплыл! Видеть его здесь не желаю!
– Алехандро приглашал меня, причём неоднократно! – повернулся он к ней.
– Давно, возможно. Но время тех предложений прошло. В этот раз он вас не приглашал. Поэтому будьте любезны покинуть это место самостоятельно, пока мне не пришлось прибегнуть к помощи слуг! – в глазах Миранды запылала ярость, незваный гость раздражал её всё больше и больше. Особенно злила его бесцеремонность и уверенность в том, что значимо лишь его мнение.
– Миледи, я сожалею, что не могу последовать вашему совету, хотя мне очень бы хотелось, – пристально глядя на неё, проговорил он. – Поскольку, исходя из вашего поведения, вы находитесь не в том состоянии, когда я мог бы позволить себе это сделать. Я не могу оставить сестру друга в столь небезопасной для неё самой же ситуации. Поэтому, пока не приедет он, вам придётся потерпеть моё присутствие и мой надзор.
– Милорд, вы в своём уме? Какие у вас есть основания для подобного бесцеремонного вторжения на чужую собственность?
– Дружба, миледи. Я слишком многим обязан Алехандро, чтобы в ситуации, когда он не предусмотрел возможного печального развития событий, не приложить все усилия, чтобы вы дождались его в здравии и безопасности. Можете обвинять меня в чём угодно, но я сделаю всё, чтобы не дать вам до его приезда совершить ещё какой-нибудь опрометчивый поступок, и дождусь его здесь.
– О, небо! Вы кем себя возомнили? Ангелом-спасителем? Алехандро вас что, просил об этом? Нет! Так с чего вы взяли, что он будет вам благодарен за подобную помощь и посчитает это дружеской услугой, а не бесцеремонным вмешательством в его дела?
– С чего вы взяли, что не просил?
– С того, что знаю, как он ко мне относится. Слушайте, пылкий юноша, желающий расплатиться по дружеским счетам, вы ведь считаете, что спасли меня, так вот довольствуйтесь этим. Не надо усугублять ситуацию, сейчас вы лишь создаёте дополнительные проблемы моему брату, и ничего более. Не верите мне, спросите Лео, какие инструкции он получил в отношении меня. Поверьте, ваш надзор Алехандро не порадует. Поэтому успокойтесь и возвращайтесь домой. Когда брат приедет, ему расскажут о вашем героическом поступке, надеюсь, он оценит его по достоинству.
– Мне не нравятся ваши намёки, миледи, на его возможное огорчение из-за вашей несостоявшейся гибели. Хотя от кого я ожидаю адекватности?
– Милорд, я не намекаю на то, что он заинтересован в моей гибели, в этом он не заинтересован абсолютно, если уж на то пошло. Я намекаю на то, что не могла я утонуть по определению, и брат это знает, как никто другой! Но поблагодарит вас обязательно. Он ценит душевные порывы, направленные к его благу. В дополнение клятвенно вам обещаю, не прыгать больше в море до его приезда. Я не столь безумна, как вы себе навоображали, и моим обещаниям можно верить. Так вот доверьтесь, и давайте разойдёмся на этом мирно. К тому же я уже замёрзла в мокром платье, вы наверняка тоже. Идите переоденьтесь, Лео подберёт вам что-нибудь из гардероба брата, и отправляйтесь домой.
– Я не откажусь от вашего любезного предложения переодеться. Но на мой отъезд не рассчитывайте. Я дождусь Алехандро, чего бы мне это ни стоило. В подобной ситуации я предпочту, не поверив вашей клятве, перестраховаться и выслушать его претензии, чем пустив всё на самотёк, рискнуть ещё раз дать вам шанс прыгнуть с утёса, чтобы «не утонуть», – уверенно проговорил он, и на Миранду накатила волна невообразимо мощного раздражения.
– Зря вы так со мной, – сквозь зубы зло выдохнула она. – Запомните, если сегодня до полуночи вы не уберётесь с острова, то сильно раскаетесь в своей амбициозной несговорчивости, поскольку потеряете здесь свою душу.
– Не надо меня пугать, миледи! Я не из пугливых.