– Я постараюсь быстро!
– Надеюсь на это, – кивнула она, параллельно пытаясь считать с информационного поля, есть ли какая-то угроза.
Угрозы не было, и она, взяв отложенную графом книгу, расслабленно опустилась в кресло, и погрузилась в чтение.
Однако не успела она прочесть и пары страниц, как вбежал запыхавшийся дворецкий и с порога выпалил:
– Хозяйка, корабль отчаливает. Милорд Диего остался на борту. Пытаться задержать корабль?
– Ничего себе… Странно. Нет, Лео, даже не пытайся, нам не по силам воевать с боевым кораблём, да и смысла нет. Граф должен сам решать свои проблемы.
– Хорошо, как скажете, хозяйка, – облегчённо вздохнув, дворецкий поспешно скрылся.
Проводив его взглядом, Миранда озадаченно покачала головой. Было непонятно, как достаточно знатного вельможу могли принудить что-то сделать против его воли. Хотя если в игру опять вмешался Альфред, то всё становилось очень даже понятно. Хотя, вряд ли он рискнёт столь открыто забирать у неё любовника, может, всё же какие-то чрезвычайные обстоятельства, требующие личного присутствия графа, вынудили его её покинуть, даже не попрощавшись… Но тогда он должен либо быстро вернуться, либо каким-то образом дать ей знать, что произошло.
Поразмышляв немного, Миранда решила не торопиться с выводами и сутки подождать. А вот если через сутки Диего не вернётся, то она вызовет Альфреда и учинит ему допрос. И пусть только попробует не ответить ей на её вопросы.
***
Через сутки Диего не появился, и Миранда отправила к Альфреду ворона с требованием немедленно приехать.
Ещё пара дней прошла в ожидании. С одной стороны, Миранда не сильно тосковала без своего нового любовника, а с другой, её невероятно злило предположение, что это Альфред лишил её его общества, и смириться с таким положением вещей она никак не могла. Поэтому, когда Альфред приплыл на остров, вышла его встретить. И не успел он ещё ступить на пристань, озадачила вопросом:
– Это ты устроил, что дядя Диего забрал его?
– Дорогая, я несказанно тронут тем, что ты меня встречаешь здесь, – опираясь на руку Лео и спускаясь по трапу, проронил Альфред, – но не совсем понимаю, о чём ты меня спрашиваешь. Как мог кто-то забрать Диего? Он что вещь? Или ты довела его до состояния невменяемости, и он не осознавал, что делает?
– Он всё осознавал! Но сюда приплыл на боевом корабле его дядя, попросил его подняться на борт и увёз. И я хочу, чтобы ты прямо здесь мне поклялся, что ты к этому не причастен!
– Мира, можно я хотя бы переоденусь с дороги? Я устал, торопился к тебе, думал, у тебя что-то серьёзное. А у тебя, оказывается, лишь желание заставить меня оправдываться и обвинить не пойми в чём на пустом месте. Вот здраво подумай: при чём здесь я? Где был я и где Диего с его дядей? Я, кстати, с его дядей даже не знаком. Лишь слышал, что он у него есть.
– Я что твоих возможностей не знаю?! Быстро клянись прямо здесь!
– Мира, прекрати, ради всего святого. Не буду я здесь прилюдно это делать. Перестань позорить и меня, и себя перед слугами. Что за безобразные манеры у тебя?
– Ах, тебе не нравятся мои манеры?! – раздосадовано ахнула Миранда, понимая, что Альфред не намерен ни в чём ей клясться, и что, скорее всего, именно он стоит за происшедшим, но ей в этом никогда не признается, и невообразимо мощная волна злости затопила её сознание.
В ярости она стащила со своей ноги туфельку и принялась колошматить ею Альфреда, приговаривая:
– Сейчас они не понравятся тебе ещё больше! Я тебе сейчас покажу насколько безобразные у меня манеры, чтобы ты отвалил от меня навсегда!
Не ожидавший от неё такой выходки Альфред в первый момент опешил, потом начал уворачиваться, прикрываясь руками:
– Мира, успокойся! Что с тобой? Успокойся!
– И не подумаю! Манеры ему мои, видите ли, не нравятся! И не должны они тебе нравиться, тварь чёртова! Не должны!
Дворецкий, в первый момент растерянно застывший в полуметре от них, хотел было, шагнув к ней, обхватить её сзади, чтобы оттащить в сторону от хозяина, но грозный окрик того: «Не смей её касаться, иначе убью!», остановил его, и он, попятившись в сторону, демонстративно отвернулся.
А Миранда тем временем продолжила бить туфлей прикрывающегося руками и отступающего от неё Альфреда, который после окрика дворецкому, достаточно доброжелательным тоном продолжил её увещевать:
– Вот что ты так разозлилась? Успокойся! Как тебе не стыдно!? Ты отвратительно себя ведёшь! Причём без всякой на то причины. Возьми себя в руки, тебе не пристало так себя вести. Прекрати, прекрати сейчас же.
– И не подумаю прекращать! Мне надоело! Я не твоя игрушка! Ясно тебе?! Я не останусь тут, раз ты позволяешь себе такие выходки! Не останусь. Можешь хоть всех охранников инквизиции сюда согнать, ты лишь мой труп получишь, а не меня!