– Ладно, приму как данность.
– Наконец-то! Первый разумный поступок за весь день. Всё, иди и постарайся не попадаться на глаза Главному инквизитору. Без прикрытия моего или Ала он раскусит тебя на раз, и тогда появится множество проблем, решать которые я не хочу. И ещё, Грету тоже изолируй от него, иначе попасть на костёр оба рискуете.
– Понял. Сделаю.
– Прекрасно. Ты начинаешь меня радовать. Иди, – она махнула рукой и, отвернувшись, поспешила прочь, в сторону скалистого уступа, где любила проводить время.
Ей хотелось успокоиться и побыть в одиночестве. Она уселась на утёсе и задумчиво уставилась вдаль.
Встреча с Илиасом напрягла и в какой-то степени напугала. Сейчас только его вмешательства не хватает, хотя по его реакции, вряд ли он против Альфреда пойдёт, Ал явно сумел завоевать его доверие.
Через некоторое время за спиной послышались шаги и голос Альфреда напористо произнёс:
– Нам надо поговорить.
По его тону и тому, что никакого обращения к ней не было, Миранда поняла, что он раздражён и находится в явном смятении.
– Говори, – не оборачиваясь, откликнулась она.
– Ты действительно хочешь под руку Илиаса перейти?
– С чего ты это взял?
– Исходя из его слов.
– И ты им веришь?
– Он не лгал!
– И что с того?
– Миранда, прекрати! Я задал чёткий вопрос и хочу услышать ответ!
– На мой взгляд всё настолько очевидно, что никакого ответа тебе не требуется.
– Значит, хочешь, – хрипло выдохнул он, – хорошо, не вопрос… я разорву договор, и можешь отправляться к нему!
Миранда медленно обернулась, смерила его холодным взглядом и сквозь зубы мрачно проронила:
– Только попробуй разорвать, в мучениях сдохнешь. Раз поклялся связь иметь, до последнего своего вздоха обречён на неё будешь.
– Я не понимаю, Миранда! – он шагнул к ней ближе, рывком поднял и прижал к себе: – Это ведь твоё желание! Я согласен тебя освободить от обязательств, а не себя!
– Меня освобождать не надо. Я тебя о том не просила.
– Как же ты меня бесишь… – он прикрыл глаза, пытаясь справиться с приступом нахлынувшей злости.
– Это твои проблемы, – мрачно хмыкнула она.
– Да, я знаю, что мои. Но я их имею, потому что стараюсь доставить удовольствие тебе! Тебе! Понимаешь?
– Нет, не понимаю, поскольку твои действия ничего кроме недоумения у меня не вызывают. Вот с чего ты решил, что я хочу избавиться от нашей связи, если тебе о том я не говорила?
– Тогда зачем провоцировала Илиаса и слила ему всю информацию? Зачем?!
– Он получил бы её и так, при желании. Вот чуть бы усилий приложил и получил. У нас с ним очень непростые взаимоотношения, и вряд ли он, не имея прошлых ограничений, не воспользовался бы моментом, чтобы меня прижать, если бы сам того захотел. Я сделала так, что уже сам не хочет и рад, что ты теперь обломаешь меня в моих ожиданиях. К тому же мне отвлечь его надо было от Ларсена, который как редкостный идиот всё пытался как-то прощупать его и повлиять через мой блок. Поэтому целовала и провоцировала. Что ещё обо мне хочешь знать?
– Больше ничего. Извини.
– Как бонус могу сообщить: ты славно его привязал к себе, в отличие от твоих с ним отношений в личине Эрбила, в этом образе он искренне ищет твоего одобрения, дружбы и готов к сотрудничеству тебе во благо. Тогда же лишь от безысходности подчинялся и по привычке. Но это тебя и к большему обязывает, как ты понимаешь.
– Ты умничка у меня. Какая же ты всё-таки умничка, моя дорогая. Извини, что так прореагировал.
– Постарайся его побыстрее спровадить, пока он Грету не увидел и с Ларсеном наедине не пересёкся. И скажи, что накажешь меня, или уже наказал, это должно его порадовать.
Альфред ушёл и через пару часов вернулся, тихо проговорив:
– Илиаса я отправил.
– Я догадалась, – по-прежнему глядя в сторону моря, сдержанно проронила она, – видела, что корабль твой отплыл.
– Почему не возвращаешься в замок тогда?
– Погода хорошая.
– Ты не ела с самого утра. Приказать, чтобы тебе сюда принесли?
– Не надо.
– Мне уйти?
– Я не просила об этом.
– Хорошо, тогда попроси, как надоем, – Альфред уселся рядом с ней, помолчал некоторое время, потом положил свою руку на её плечо и мягко произнёс: – Мир, ты знаешь, Илиас ничуть не обрадовался, узнав, что я намерен тебя наказать. Напротив, сказал, что этим лишу себя даже надежды на твой позитив. Что силой тебя не сломить, а вот доброту ты ценишь и стараешься в долгу не остаться. И если мне удастся тебя расположить, то могу стать счастливейшим из смертных, поскольку ты способна создавать такой силы позитивную вибрацию, что сложно даже вообразить.