– Не в своё ты дело полезла. Без тебя со мной есть кому потягаться.
– А ты именно силой померяться рассчитывал? Столько лет жил тихо и вдруг решил потягаться с тем, кто захочет мор остановить. Интересный расклад. Зачем тебе это?
– Не тебе меня о том спрашивать. То моё дело, и мне за него ответ держать.
– Вот ответ я и пришла спросить. И коли есть желание силой меряться, начинай.
– Нет, с тобой тягаться не буду. И тебе не советую. Не бери грех на душу, ступай с миром, откуда пришла.
– Ты моими грехами не озадачивайся, не тебе о том печалиться, и уйти не уйду я, покуда заклятье не снимешь.
– Не снять его уже, моя девочка. Поздно. Очень поздно.
– Не лги. Снять вибрационную активность не поздно никогда. Другое дело, что те, кто под первую волну попали, их уже не вернуть, а вот остальных из-под удара вывести ещё можно.
– Здесь на два дневных полёта птицы будет мёртвое место! – голос старца звучал безапелляционно.
– Тогда ты тоже станешь мертвецом! Возможно, вместе со мной. Но я того не боюсь.
– Не тебе против меня идти! Не тебе! – старик нахмурился и стукнул посохом.
– Почему так? Женщин за достойных соперниц не считаешь?
– Для меня ты не женщина, а дочь! И кровные узы не тебе рвать, – в его голосе звучал напор.
– Дочь? Я твоя дочь? – Миранда нервно рассмеялась. Откровение старика её поймало врасплох, но потом она быстро взяла себя в руки и с явным раздражением продолжила: – Ты в своём уме заявлять мне такое? Да даже если ты обрюхатил какую-то девку, которая дочь свою на пороге храма бросила, это не повод мне тебя отцом считать. Отец в первую очередь тот, кто воспитывал, а не клетку для зачатия из себя извергнул во время акта соития и развлечения. Уяснил?
Старик ещё больше нахмурился, потом негромко спросил:
– А если я скажу, что всю твою жизнь тебя отслеживал и поддерживал на расстоянии, отцом посчитаешь?
– Сказать, не сделать. Если бы делал, мой визит не стал бы для тебя неожиданностью, – тут же парировала она.
– Ты потеряла амулет и после этого связь с тобой при отрицательном твоём потенциале я потерял.
– Проклятье, – неприязненно поморщившись, тихо выдохнула она, – то есть ты всю мою жизнь следил за мной… Неплохое развлечение ты себе придумал.
– А ты думала, что старик Паисий сам по себе тебя так оберегал и ни разу не посмел и пальцем тронуть? Нет, это я на него заклятье наложил. И Вальда к тебе я привёл, и заставил влюбиться до беспамятства… Он с его характером на столь долгую связь по определению не способен был. А я привязал так, что до сих пор он от тебя отвязаться не может при всём своём желании…
– Альфреда тоже ты ко мне привязал?
– Зачем? Ты сама, если захочешь, привяжешь. Ты уже очень сильной ведьмой стала… и я не вмешивался почти всё последнее время. Лишь самоубиться тебе не дал, заставив Илиаса вовремя вмешаться… Сам бы он не успел, да и сил бы не хватило. Ты столь мощный посыл сформировала, что Творец уже был готов принять тебя, хоть и против Его планов это было.
– А каков был Его план? Инквизитором меня сделать?
– Нет. Ты проще поступить могла, лишь не захотела.
– Как проще? Как?
– Не смеши меня. Ты сама знаешь ответ на этот вопрос.
– Не знаю.
– Значит, ты не желаешь знать, так зачем меня спрашиваешь? Я ведь и ответить могу. Подумай хорошенько, прежде чем ещё раз спросить.
– Ответь!
– Хорошо. Слушай. После того как Альфред отправил тебя в подвалы, ты ведь разговаривала с ним наедине… – старик испытующе посмотрел на неё и после небольшой паузы, которую она не стала прерывать, продолжил: – В тот момент ты не могла не почувствовать, что всю его энергетику можешь стянуть за один раз лёгким ментальным движением, поскольку он поклялся её тебе восстановить… И как её восстановить, ты могла решить на своё усмотрение. Она была рядом и была твоей. Ты не могла это не чувствовать. И вот после этого уже бы ты диктовала свои условия. Но ты не захотела. Тебе хотелось ничего не брать самой, чтобы всё тебе предоставили на блюдечке, а ты бы ещё и условия ставила, на каком и с каким церемониалом при этом. Ты очень капризна, моя девочка, и избалованна. Я, конечно, поспособствовал этому в немалой степени, так что сетовать прав у меня нет, но ведь и ты сама расплачиваешься за это с лихвой. Не надоело ещё?
Никак не прокомментировав сказанное, Миранда некоторое время молчала, потом задала следующий вопрос:
– Когда я хотела Диего инкубом сделать, ты Вальда позвал?
– Нет. Он по своей воле явился. По мне так не самое плохое развлечение ты выбрала. А надоел бы инкуб тебе, я бы помог избавиться от него так, что ты бы и не догадалась о том. Вальд об этом не знал, он вообще обо мне не знает, вот и решил подстраховаться.